icon01

Специально, в рамках празднования 25-летнего юбилея, 10 вопросов для Регины Графундер




Collapse )
Collapse )



Особая благодарность нашему члену клуба – Карин Иоахим за удивительную идею, сделать это интервью с нашим собственным редактором журнала Региной Графундер, тем самым в ретроспективе показать 25-летнюю историю ABBA Intermezzo. После грандиозного празднования 20-летия журнала (см. ABBA Intermezzo №№ 58 и 59), мы подыскивали какую-нибудь оригинальную идею, чтобы отметить этот серебряный юбилей, и надеемся, что вам понравиться такая, придуманная нами, форма. Итак, текст интервью перед вами, приятного чтения, и не забудьте прочитать 2-ю часть, которая последует за этим номером в Intermezzo № 76.

1. Регина, что побудило тебя основать фан-клуб, и почему ты решила начать свою работу именно в 1990 году? Как пришла в голову идея назвать журнал «ABBA Intermezzo»?

Регина: После того, как АВВА выступили с их последним TV-шоу и выпустили свою последнюю запись в 1982 году, интерес к группе постепенно стал убывать. Фанаты АВВА все еще с воодушевлением обсуждали сольные альбомы Фриды и Агнеты, а после того, как вышел мюзикл Бьорна и Бенни «Chess», большинство фанатов все еще надеялось, что новый студийный альбом группы вот-вот выйдет. Когда я встретилась с Бьорном, Бенни и Фридой во время немецкого TV-шоу «Na Sowas Extra» в ноябре 1984 года, это было во время промоушен-периода для «Chess» и альбома Фриды «Shine», я спросила их о новом альбоме АВВА. И тогда Бьорн ответил так: «Он стоит у нас в планах. И было бы интересно записать еще один студийный альбом, конечно, после того, как мы полностью закончим всю работу, связанную с «Chess»». И хотя саундтрек к «Chess» был уже выпущен, оставалось еще много работы по постановке мюзикла на сцене. Первоначальные планы были заявлены на 1985 год, но, как показало время, премьера мюзикла затянулась до мая 1986 года. В течении этого времени самые преданные АВВА-фаны все еще надеялись на новую запись группы. И в письмах мы это активно обсуждали. К тому времени у меня уже было около 60 друзей по переписке со всего мира, это были те, кто увлекался АВВА. Затем появилось новое видео группы на песню «Tivedshambo», спетую на праздновании 55-летнего юбилея менеджера группы Стига Андерсона, в январе 1986 года. И надежды вспыхнули с новой силой. Но вместе с этим не покидало ощущение, что артисты к тому времени потихоньку становились каждый сам по себе. Достаточно взглянуть на любое фото, снятое с этой видеозаписи, чтобы понять, что именно я имею в виду. Да, им все еще интересно, но они больше не единое целое. И еще грустнее становиться, когда знаешь о том, что это видео оказалось самым последним официальным совместным выступлением группы. Мало по малу надежда на новый альбом стала угасать даже у самых преданных поклонников АВВА. Но несмотря ни на что, мы все оставались довольно большим сообществом фанов, и следили за всеми новыми музыкальными событиями каждого из четверки. Коих, кстати, во второй половине 80-х годов было не так уж и много, но как бы там ни было, в прессе появлялись новые фото, выходили новые песни Бьорна и Бенни, Фрида и Агнета делали новые записи. И все это мы обсуждали в своих письмах. В начале 80-х годов по всему миру насчитывалось множество фан-клубов АВВА. Меня очень привлекали эти клубы, и я старалась быть участницей каждого, какой мне удавалось найти. Со своей стороны, я всячески поддерживала их, обмениваясь фото, рассказывала о том, как я встречалась с членами АВВА, о своих коллекциях и т.д. Со временем подавляющее большинство таких клубов перестали существовать, и к концу 80-х осталось только два таких клуба. К сожалению, закрылись действительно достойные и большие фан-клубы, такие как «АВВАinfo». Они выпускали довольно профессионально сделанный журнал с очень хорошими статьями. А один из тех клубов, что все еще оставался на плаву, не был так уж хорош – их журнал имел маленький формат и там практически нечего было читать. Но мне все еще не хватало той страсти, которой обладали редакторы до меня, запуская свои фан-клубы.
Хотя я все еще была членом оставшихся на плаву фан-клубов, большинство из новостей я черпала из переписки с фанами по всему миру. Мой датский приятель по переписке Адриаан А.Т. Хаут (с которым я ужу встречалась лично) и я разговорились на тему клуба. Мы сошлись в том, что насколько утомительно переписывать одну и ту же новость всем адресатам снова и снова. Таким образом в 1989 году я опубликовала то, что мы назвали «АВВА Newsletters» (АВВА – новости из писем) и распространила их среди наших адресатов по переписке. Может быть, не такое впечатляющее, но начало дела было положено. Кроме того, Адриаан и я разговорились о создании журнала, в котором бы публиковалось множество интересного контента: статьи, интересные фото, новости, а также разные вещи, касающиеся истории группы. Нам захотелось выпустить такой журнал, какой бы нравился прежде всего нам самим, такой, по сравнению с которым все прочие журналы, выходившие до нас, были бы больше неинтересны. Конечно, невозможно понравиться абсолютно всем, но нам захотелось попробовать.

А когда стали задумываться о возможном названии, Адриаан предложил назвать его «Intermezzo», основываясь, разумеется, на песне АВВА «Intermezzo № 1». Мы решили, что было бы здорово называть наши выпуски «Intermezzo № 1», «Intermezzo № 2», «Intermezzo № 3» и так далее. Но, уверяю вас, о том, что я буду вот так сидеть и выпускать уже 75-й выпуск, такой цели перед собой я не ставила.
«АВВА Intermezzo № 1» был опубликован в феврале 1990 года, а когда мы делали интервью с Бенни в 1994 году для нашего журнала, он рассказал, что ему очень понравилась наша идея с названием. И мы очень гордились этим!

2. Как вам удавалось вести столь сложную работу клуба среди его членов во времена, когда ни интернета, ни социальных сетей не существовало. Как вам и прочим фанатам удалось объединиться?

Регина: Ну, во-первых, Адриаан и я рассказали своим приятелям по переписке о нашем, только что созданном, фан-клубе АВВА с помощью писем, и убедили их присоединиться. Я до сих пор помню, какое воодушевление я испытала, когда нам удалось набрать наших первых 20 членов – они к нам даже прежде, чем увидели выпуск нашего журнала! После того, как № 1 был опубликован, все больше и больше участников стало присоединяться к нам просто по отзывам других фанов со всего мира. У меня было довольно много друзей по переписке, у Адриаана – тоже было много своих, те, в свою очередь, также знали других фанов, которым рассказывали об «АВВА Intermezzo». Так потихоньку мы стали набирать все большее количество участников.
Позднее мы также придумали специальные флаеры для ознакомления с нашим журналом. Мы разослали по паре из них нашим друзьям и попросили отдать их тем, кому еще не известно о «АВВА Intermezzo».
С выходом второго номера журнала мы приняли в нашу команду редактора – Майкла Прайса из Англии. То было время, когда персональные компьютеры оставались все еще редкостью, и было огромным подспорьем, если кто-то умел работать на нем, при условии, если этот компьютер вообще имелся в наличии! У меня дома была печатная машинка с разными стилями печати, которые можно было сочетать друг с другом. Наши участники высказали мысль о том, как профессионально бы выглядел наш журнал, используя разные типы шрифтов. Они сравнили наш журнал в этом отношении с книгой! Мне хочется громко рассмеяться, когда я думаю об этом милом комплименте сегодня – просто посмотрите на наши первые выпуски и вы поймете, что я имею в виду. Это очень отдаленно напоминает ту нашу привычную разбивку материала, к которой мы привыкли сейчас, но для того времени это было более чем достойно. В те времена Майкл был одним из тех, у кого имелся компьютер, он мог очень здорово выполнять макет для нового выпуска - статьи стали выглядеть просто чудесно, более профессионально, и все благодаря компьютеру. Мы стали получать все больше похвалы в свой адрес, а когда у нас набралось 80 членов клуба – это было просто потрясающе! А год или два спустя у нас уже насчитывалось 200 участников со всего мира.
Начиная с выпуска № 3, у нас появился свой корреспондент в странах Скандинавии – Пентти Копонен из Финляндии. Он проделал просто блестящую работу, подбирая материал для каждого выпуска. Он также умудрялся добывать такие новости, о которых были в курсе очень немногие фаны. Имейте в виду, это было во времена, когда новости не так уж легко было узнать, не то что сейчас с наличием интернета. Спустя пару лет у Пентти уже не было возможности оставаться нашим спецкорром в Скандинавии – но он продолжает поддерживать «АВВА Intermezzo» по сей день, присылая новости и удивительные фото из Скандинавии и его родной Финляндии. Огромное тебе, Пентти, спасибо!

3. А сколько членов клуб АВВА Intermezzo насчитывает сегодня?

Регина: У нас свыше 1000 участников по всему миру. Новые фаны присоединяются к нам регулярно. Кто-то, разумеется, покидает нас со временем, в основном это происходит из-за того, что они одним достаточно новостей из интернета, а другие просто перестают быть фанатами АВВА, что очень печально. Особо тяжело вспоминать о тех фанах, которых уже нет в живых (с некоторыми из них я была знакома лично). Это одна из самых трудных и болезненных сторон работы руководителя фан-клуба на протяжении долгих лет.
Мне хотелось бы выразить свои искренние благодарности всем нашим членам за все их удивительные письма, и обычные, и электронные, которые вы прислали за все эти годы. А некоторые из вас присылали очень доверительные письма, в которых рассказывали о своей личной жизни, семьях и проблемах. Их очень трогательно читать и мне бы хотелось, чтобы у меня всегда оказывалось достаточно времени, для того чтобы ответить на каждое такое послание. Но, уверяю, я читаю абсолютно все письма с огромным интересом, без исключения. И благодарю вас за них от всей души.

4. Какие события (TV-выступления, выход альбома, новость и т.д.) во время активной творческой деятельности АВВА вам запомнились больше всего или произвели на вас особое впечатление?

Регина: Самое неизгладимое впечатление за время всей карьеры АВВА на меня произвела новость о разводе Агнеты и Бьорна в январе 1979 года. Мне никогда не забыть тех чувств, которые я тогда испытала! Об этом мне поведал мой одноклассник утром, когда я пришла в школу. Сначала я не поверила ему, поскольку в классе знали о моей увлеченности АВВА, и одноклассники частенько разыгрывали меня по этому поводу. Но когда я пришла из школы домой, то прочла об этом в местных газетах – все оказалось чистой правдой – Агнета и Бьорн развелись! И я расплакалась так сильно, что моей маме пришлось меня успокаивать, а затем я сделала запись об этом в своем дневнике, что совершенно естественно для 12-летней девочки! Я была уверена в том, что этот развод обязательно приведет к распаду группы. А еще я помню, как вечером, слушала хит-парад Мэла Сондока, это очень известное немецкое радио-шоу. У ведущего, Мэла, всегда в запасе имелись такие синглы, которых и в продаже-то еще не было. И в тот самый вечер он представил новый сингл АВВА «Chiquitita». Я не смогу описать того счастья, которое я испытала тогда, ведь если вышел новый сингл, значит АВВА, к счастью, вовсе не распалась.
Для меня было всегда волнительно, когда объявляли о новом альбоме или сингле АВВА. И тогда я каждый день начинала ходить в музыкальный магазин, спрашивая о новинке. Хозяева магазина хорошо знали меня и были в курсе, что я большой фанат АВВА (я часто носила куртку с изображением АВВА из «Das Freizeit Magazin» или крепила значки с АВВА на другие свои куртки). И, завидя меня еще в дверях магазина, они незамедлительно давали мне знак, качая головой: «Нет, сингл еще не поступил в продажу!». Они знали, что меня интересует исключительно АВВА и ничего больше, и таким образом, я тут же разворачивалась и шла на выход.
Кроме того, мне не забыть, какие у них были радостные лица, когда новая запись рано или поздно приходила. Они радовались вместе со мной, словно разделяя мое счастье! Помню, как в ожидании нового альбома «Voulez-Vous», я заходила в магазин каждый день почти три недели подряд. А когда его наконец-то привезли, то он оказался сразу в двух версиях: немецкой от «Полидор» и французской - от «Вог». По каким-то причинам французская версия была дешевле немецкой. Нам интересно было узнать, в чем же разница, но послушав понемногу начало каждого, мы так и не смогли этого понять. Помню, как хозяйка магазина поставила первую песню с альбома - «As Good As New» - мое сердце почти остановилось, когда я впервые услышала ее. То был грандиозный момент в моей жизни. В тот день я решила остановиться на французской версии альбома, прослушав по паре минут с обоих дисков. Со временем у меня, конечно, появилось много других изданий этого альбома из самых разных стран, включая несколько отличающихся вариантов из Германии.
Когда я приходила домой с новым альбомом, то без промедления начинала прослушивать его от начала и до конца. И никому из домашних не разрешалось мешать мне. Нередко бывало так, что, слушая песни раз за разом, у меня выступали слезы от переполняемых эмоций. После первого прослушивания альбома, я ставила его снова, теперь уже одновременно прочитывая тексты песен. Затем откладывала тексты и слушала заново, а потом – снова с текстами вместе. К тому времени у меня уже определялась парочка самых-самых любимых треков с этого альбома. Это зависело в первую очередь от того, сколько раз я прослушивала альбом. Но в любом случае через пару дней я уже знала почти все тексты наизусть!

И мне не забыть того волнующего чувства, которое охватывало меня всякий раз, когда выходил новый студийный альбом АВВА. И тем удивительнее для меня, что находится огромное количество АВВА-фанов, которые в силу их малого возраста, были лишены того волнительного ощущения, когда выходил новый альбом АВВА.

5. Расскажите нам о том, как вы встречались с членами АВВА. С кем из четверки вы встретились самым первым, и как это происходило? Какая из встреч особо запала в память и почему? Приходилось ли вам встречаться сразу со всеми четырьмя одновременно?

Регина: Впервые мне довелось встретиться с Агнетой уже не как с членом группы. Это было 8 апреля 1984 года. Я всегда лелеяла мечту встретиться с ними лично или просто увидеть их на концерте, хотя бы издали. Но мне было все еще мало лет, когда они давали в 1979 году концерты в Германии. А когда я уже начала зарабатывать свои собственные деньги, мне выпала возможность отправиться в Стокгольм в апреле 1984 года.
Я была уверена, что мне так и не посчастливиться увидеть кого-нибудь из четверки. Я старалась просто побыть в Стокгольме и осмотреть все памятные места, где были сняты известные фото и видео, для меня 17-летней это был сказочный момент. Множество обстоятельств тогда были просто другими, но вот мой друг и я оказались рядом с домом, где жила Агнета (конечно, не нарушая границ частной земельной собственности). Мы собирались только побыть там минут пять, когда услышали шум от подъезжающей машины. Я была уверена, что Агнету нам точно не придется увидеть. Но представьте это чудо, когда я увидела ее собственной персоной на водительском месте (ее дети Линда и Кристиан, еще одна какая-то женщина и две собаки также находились с ней в этой машине).
Агнета вышла из машины, и мы двинулись навстречу к ней. Вероятно, она уже привыкла видеть своих фанов, и, хотя мне казалось, что я без труда смогла бы начать беседовать с ней, все, что я могла в тот момент вымолвить было: «Привет… не могли… бы вы… дать нам автограф?». Я почти ничего не могла сказать. Вот передо мной стоит сама Агнета и я разговариваю с ней! Мне никогда не забыть тот момент. Она выглядела просто невероятно в своей повседневной одежде, на ней почти не было макияжа. Она просто улыбнулась нам и сказала: «О’кей!». Вообще-то мы не собирались слишком долго беседовать, и, помниться, я немного побаивалась тех собак, но та, другая, женщина вскоре забрала детей, и также повела собак в дом. К сожалению, у нас не было возможности сделать какое-нибудь фото с Агнетой после той злосчастной истории с фанами, которая случилась с ней пару лет до этого, но просто иметь возможность видеть ее вот та близко и взять автограф – это просто незабываемо, такое бывает раз за всю жизнь.
Во время той же поездки в апреле 1984 года я также встретилась в Бьорном (он был самым первым из членов АВВА, кого я сфотографировала) и Бенни. Это было похоже на самое настоящее чудо. В те времена еще не было никаких кредитных карточек, и мне приходилось обменивать немецкие марки на шведские кроны. Но в Швеции это было возможно, если у тебя на руках имелась чековая книжка, чтобы обналичить деньги. Книжку я получила на почтовом отделении, и во время той поездки мне пришлось снять все свои деньги со счета, которые потратила на АВВА-покупки в Стокгольме. Вернулась я домой, имея при себе только 10 шведский эре (сегодня это составляет приблизительно 2 цента) – но я была чертовски счастлива! А чуть позже в том же 1984 году сбылась еще одна мечта, 28 ноября я встретилась в Фридой во время ее первого визита в Германию для промоушена ее второго сольного альбома «Shine».
С тех пор мне посчастливилось повстречаться со всеми четверыми участниками АВВА несколько раз, и каждую из таких встреч я бережно храню в своем сердце. Каждая из них совершенно особенная. И я по сих пор помню каждую деталь этих встреч. С самого начала, на протяжении первых лет, я всегда подробно записывала обо всех особенностях таких встреч в своем дневнике, как же чудесно перечитывать эти записи сейчас, они воскрешают в памяти так много прекрасных воспоминаний. Вот несколько заголовков о встречах в 1984 году из моего дневника:

* Снова встреча с Агнетой в июне 1994 года, когда мой муж и я поехали в Стокгольм на наш медовый месяц. Я увидела ее пятого числа, это были как раз мои именины, и она пожелала мне счастливого дня рождения.

* Встреча с Бенни в октябре 1994 года, когда я посетила Стокгольм вместе с двумя моими друзьями, для того чтобы записать эксклюзивное интервью с Бенни на студии Моно мьюзик. Это был для нас совершенно особенный момент! Он уделил нам довольно много из своего времени, отвечая на наши вопросы, а также подписал несколько фото. И именно в тот раз он высказал свое мнение о том, что это было прекрасной идеей – назвать наш журнал Intermezzo. И я была по-настоящему горда этим! И было особенно здорово, когда он провел нас в свою студию и сыграл отрывок из «Кристины из Дювемолы». В то время Бьорн и Бенни были все еще заняты подготовкой этого мюзикла, и для нас стало особой честью стоять вот так рядом с ним в его студии и слушать, как он играет свою совершенно новую музыку. Удивительные воспоминания!

* Недавняя встреча с Фридой в мае 2013 года, когда я отправилась в Стокгольм на открытие музея АВВА. Вообще-то это было довольно волнительным путешествием для меня, так как пару лет назад до этого мне поставили диагноз серьезного заболевания, и я уже подумывала о том, что не смогу поехать не только в Стокгольм, да и вообще куда-либо еще. И это было так мило, когда Фрида узнала меня, обняла и даже заговорила на немецком с моим мужем Ральфом!

* Конечно же, встреча с Бьорном на ТВ-шоу «Wetten dass…» («Пари, что…») в декабре 2013 года. Я так нервничала насчет этой встречи с ним перед шоу, потому что была полностью уверена, что он отнесется к нашему пари как чему-то глупому или легкомысленному, но кода я подошла к нему за кулисами он сразу же мне улыбнулся, засмеялся и сказал: «Я слышал, что у вас есть забавное пари? Я понятия не имею, что что это могло бы быть, но я с нетерпением жду, чтобы посмотреть на это!». Я с огромным нетерпением дожидалась момента, когда меня и моего мужа наконец объявили, спустилась по лестнице и увидела Бьорна, приветствующего нас и обнялась с ним! Он очень много шутил по поводу этого пари, и когда я позднее встретилась с ним в апреле 2014 года, он приветствовал меня с улыбкой, спрашивая: «Ну, что были ли у вас сегодня хрустящие хлебцы?».

Мне никогда не приходилось встречаться со всеми четверыми участниками АВВА вместе. Но сразу с Фридой, Бенни и Бьорном в ноябре 1984 года в Аугсбурге виделась в уже упомянутом ранее шоу «Na Sowas Extra». Фрида исполнила «Come to me (I Am Woman)» и они все вместе давали затем интервью. Когда Мюррей Хэд представлял «One Night In Bangkok», Бенни, Бьорн и Фрида (плюс Карин Гленмарк из «Джемени») присоединились к нему на подпевках. Это было удивительное чувство, когда я увидела троих участников АВВА, выступающих вместе под светом софитов, даже если их выступление было всего лишь в качестве бэк-вокала – мне было все равно. Незабываемое чувство!

Во всех других отношениях, я бы сказала, что все участники АВВА, когда я встречалась с ними, проявляли себя очень просто и дружелюбно со мной, ни в Агнете, ни в Бьорне, ни в Бенни или Фриде не было никакой «звездной болезни».

Оставайтесь с нами во второй части нашего интервью по случаю 25-летия нашего журнала на страницах 76-го выпуска, в котором Регина продолжит отвечать на вопросы по поводу ее огромной АВВА-коллекции, а также о ее любимых местах, связанных с АВВА, в Стокгольме, и о многом другом!


Перевод Елена Руденко.

icon01

Видеоинтервью Бенни Андерссона специально для сайта http://www.icethesite.com

­­Видеоинтервью Бенни Андерссона
специально для сайта
http://www.icethesite.com


Те немногие, для которых посмотреть или послушать видеоинтервью с Бенни, размещенное на сайте isethesite, не представляло никакой технической возможности, просили опубликовать на нашем сайте текст этого интервью. В итоге тысяча моих благодарностей Энн, кропотливо записавшей все интервью от начала до конца (текст претерпел лишь пару незначительных изменений для удобства прочтения).


Бенни Андерссон – интервью, часть I: в ожидании нового 2014 года

icethesiteBennyAnderssonInterview
Вопрос: Планирует ли группа АВВА как-нибудь отметить 40-летие со дня победы на «Евровидении»?
Бенни Андерссон: Почему-то люди думают, что АВВА собирается отпраздновать свое 40-летие в наступающем году (которое, вообще-то, следовало отметить еще два года назад, не так ли?). Но я подозреваю, что речь идет о 40-летии с момента Брайтона и «Waterloo».

Ну, что ж, в глазах большинства людей для группы все началось именно с этого момента. Я не знаю, что произойдет на самом деле. Мы собрались на днях все четверо, посидели, пообсуждали варианты... и решили, что не будем ничего устраивать. Но я думаю, что «Юниверсал» собирается выпустить некий музыкальный материал — альбом «Waterloo» в делюксовом издании, а также, возможно, альбом с записью полностью живого концерта на Уэмбли 1979 года. Людвиг в данный момент занят работой над этим материалом вместе с Бернардом (Löhr) в студии (Бернард Лёр — штатный звукорежиссёр Mono Music – прим. ред.). Он прослушивает все концертные записи, выбирает то, что, по его мнению, звучит лучше всего, и затем мы попытаемся выпустить их, как говорится, в первозданном виде, ничего не подправляя. Только живой звук. Без всех этих штучек, которые сами так и напрашиваются, чтобы их добавили. И это совсем неплохо звучит, я уже прослушал некоторые из этих записей. Возможно, в некоторых песнях темп несколько ускорен, но когда ты находишься на сцене, адреналин в тебе так и играет, так что ничего удивительного. Вот это и есть весь список того, что может произойти. Мы не знаем, что еще будет помимо этого, но то, что я назвал – вполне вероятно.


Вопрос: А как насчет 15-летия Mamma Mia! в лондонском Вест-Энде?
Б.А.: 15 лет, да… Они собираются это отпраздновать, я знаю… Кто-то из нас там обязательно будет. Но кто именно, пока не знаю.


Вопрос: Mamma Mia! Открылась в Хельсинки, «Кристина» вот-вот на подходе… Вы намеренно пытались выпустить эти два спектакля вместе?
Б.А.: «Кристина» принадлежит нам, т.е. нашей компании, в то время как Mamma Mia! принадлежит Littlestar, и у них свой управленческий аппарат. Джоан и руководитель Svenska Teatern захотели сделать так, я не имею представления, как это сложилось.


Вопрос: В 2014 году исполняется 30 лет со дня выхода записи «Chess». Планируете ли вы как-то отметить эту дату?
Б.А.: Пару лет назад мы собрались для того, чтобы вытащить все старые многоканальные записи и посмотреть, есть ли там что-нибудь пригодное для дела.
В первую очередь мы должны попытаться разобрать и привести в порядок весь материал, затем провести ремастеринг старых записей, а также, по возможности, добавить еще пять или шесть вещей, которые в свое время нам пришлось исключить из издания первого альбома только потому, что на диске не хватало для них места. Итак, наберётся материала на трехдисковый альбом, чтобы потом из него путем отбора сделать двухдисковый вариант. Теперь-то мы можем вмещать гораздо большую информацию на CD. Таким образом, мы слушаем исходный материал, ремастируем его и прибавляем несколько треков, которых не было в первоначальном издании. Может быть, мы даже добавим видео «One Night in Bangkok» и «I know him so well». Как выяснилось, остались документальные записи, сделанные Якобом Далином, которые мы могли бы использовать. Но я еще не знаю, насколько они годятся для этой цели. Точно сказать пока нельзя, но мы старательно над этим работаем.
Вообще-то это была отличная запись, в нее заложено огромное количество энергии. Знаете ли, если сравнивать, то это сопоставимо с созданием еще одного альбома АВВА. Для этого необходимо множество составляющих. Вдохновение. Тебе нужно чувство вызова, разные вещи, которые пока для тебя трудны. Необходимо поставить перед собой задачу достичь чего-то и выложиться на все сто процентов своих возможностей.


Вопрос: С 1974 до 1984 — какое же феноменально продуктивное и разнообразное десятилетие!
Б.А.: Да, верно. Вы правы! Я как-то об этом не задумывался, но да, вы правы, очень продуктивное!


Вопрос: А как насчет новых записей в 2014 году?
Б.А.: Я продолжаю работу над новым альбомом с моим оркестром. И готов к выходу сингл «Det föll en sten från mitt hjärta»


Вопрос: Что сподвигло вас на то, чтобы ВАО в своем летнем турне 2013 года исполнили «One Man, One Woman»?
Б.А.: Знаете, я устал задумываться на тему того, насколько подходит это нам или нет — и Хелен, и Томми, и ансамблю как таковым. В данном случае у нас была новая песня «Det föll en sten från mitt hjärta» (что в переводе означает «С моего сердца сняли камень»), которая в этом отношении имела схожую направленность. Я наиграл эту песню, а потом разглядел в ней фразу «no smiles not a single word…» — и подумал, почему бы нам не совместить их вместе. Мы так и поступили, и вышло очень хорошо. Было здорово видеть мужчину и женщину, поющих песню «Один мужчина, одна женщина». И мы собираемся записать ее. Вообще-то мы уже наполовину завершили работу по записи обоих песен. Мне пока не хватает времени, но мы уже записали сопровождение.


Вопрос: Можем ли мы рассчитывать на новый альбом ВАО в будущем?
Б.А.: Да, я вполне в этом уверен, рано или поздно альбом будет. У меня уже есть материал для нескольких песен, необходимо лишь время, чтобы довести всё это до ума. Мы сделаем это обязательно, но когда — я не знаю, потому что я, как, впрочем, и Людвиг, всецело поглощены работой над фильмом «The Circle» («Круг»).


Вопрос: Расскажите нам о фильме «The Circle» и компании RMV Film.
Б.А.: Мы организовали кинокомпанию для того, чтобы экранизировать фэнтази-новеллу «Cirklet»/«The Circle». Вообще-то это трилогия — собственно «Круг», затем «Огонь» и «Ключ». Причем последняя часть книги вышла только что, буквально на прошлой неделе.
Работа была начата три недели назад, и я могу сказать, что это очень активная работа, которую делает большая группа людей. В апреле начнутся съемки, затем небольшой перерыв, а потом мы продолжим летом вплоть до следующего Рождества. С датой выхода пока тоже не определено — может быть, февраль, а может, и октябрь. Мы намерены подыскать удобный момент для начала проката, чтобы он не шел в паре, скажем, с очередным «Бондом» или «Хоббитом»…
На самом деле это так увлекательно – продюсировать фильм с самого начала вплоть до того, каким фильм должен выйти на экраны. Это грандиозная работа. Невероятно много времени занимает предварительная подготовка к съемкам. Мы заняты уже больше полугода и еще проработаем четыре месяца, и это все — до начала самих съемок. А затем постпродакшн – целая эпопея.
Когда берешься за дело, о котором раньше и понятия не имел, это очень хорошо для развития мозгов, я считаю. И вообще это во всех отношениях полезно.
И я вполне мог бы написать музыку к этому фильму. Хотя, по большому счету, я еще не решил, как мне поступить в данном случае. Гораздо лучше, когда кто-то приходит и предлагает сделать то-то и то-то, а ты отвечаешь уже «да» или «нет». А теперь мне приходится спрашивать самого себя. И вы видите, я не знаю, что делать! Вероятно, скорее «да», чем «нет». Но я чувствую, что это должна быть более современная по настроению музыка, которая была бы адресована аудитории от 12 и 25 лет. А потом понадобится команда молодых парней, которая будет играть настоящий рок и поп.


Бенни Андерссон – интервью, часть II: год ушедший…


Вопрос: «Кристина из Дювемолы» закончила свой сезон в 2013 году в Хельсинки. Здорово было видеть ее снова на сцене?
Б.А.: Здорово было поработать над ней снова. Помнится, пять лет назад мы провели рабочее собрание в Нью-Йорке по поводу того, как нам попытаться немного приспособиться к ситуации на Бродвее. Я имею в виду, когда у вас нет по 70 человек, занятых в постановке, и еще 45 находится в оркестровой яме, об этом даже вопрос не стоит. И когда у нас ничего не вышло, мы сказали себе: нужно попробовать какие-то другие способы. Поэтому мы решили дать концерты в Карнеги Холл, затем в Роял Альберт Холле. Просто выйти и спеть один раз на английском языке. Просто так, на удачу, и ничего больше, так я тогда думал. Но никогда не знаешь, как все обернется.
Оказалось, что это очень даже неплохо — представить мюзикл в таком виде, отдельно от облаков с пеплом. Это произошло на следующее утро после концерта в Альберт Холле: мы проснулись и обнаружили, что никто из нас не может покинуть пределы Англии. В итоге мы все были поглощены лишь этой проблемой, поэтому у нас не было возможности поговорить и обсудить свои впечатления от концерта в Альберт Холле, который, без сомнения, был великолепным. Так что все это в конечном итоге исчезло как в облаке пепла.


Вопрос: И вы в итоге ловили автобус, чтобы вернуться назад в Швецию?
Б.А.: Это отняло, черт побери, столько сил, но мы сделали это!


Вопрос: После таких масштабных постановок, как «Шахматы» или «Кристина», «Hjälp Sökes» стал более чем скромным по стилю мюзиклом…
Б.А.: Да, и это было одной из причин, по которым я вообще так сильно загорелся поставить его. Малый формат. Почти как работа в студии с поп-группой. Почти. В данном случае это три актера и пять музыкантов. На самом деле очень увлекательная работа. Работать было интересно, легко, несложно было что-либо изменять, удалять какие-то вещи, а также делать замечания типа «а давайте вместо этого сыграем вот это…». Да, это стало удачей, к тому же был аншлаг на протяжении всего сезона. Я думаю, что мы возобновим постановку осенью 2014 и дадим 90 или 100 спектаклей.


Вопрос: SVT записало «Hjälp Sökes» для TV.
Б.А.: Да, но опять-таки вся эта идея — с присутствием в театре животных — несколько теряется, когда ты смотришь на экран телевизора, верно? Потому что присутствие в одном помещении всех этих ненормальных коров, огромных лошадей и свиней, а также куриц и прочей живности – это нечто непередаваемое. Да, на экране все это прекрасно видно, да, выглядит здорово, но, поверьте мне, это совсем не одно и то же, когда видишь все это живьем на сцене. И слава богу.


Вопрос: «Кристина из Дювемолы» снова возвращается на подмостки Гётеборга и Стокгольма…
Б.А.: Да, все верно. Они будут сотрудничать с Blixten & Co — это те же ребята, с которыми мы отработали турне. У них большой театральный опыт. Для них это будет работа по продюсированию в Circus Theatre и Гетеборгской опере, но есть целая куча вещей, по которым обе постановки могут друг от друга отличаться.


Вопрос: Принцип тот же самый, по которому шли спектакли в Хельсинки?
Б.А.: Да, этот опыт пошел нам во многом на пользу. И мы по максимуму собираемся применить его в Гётеборге и Стокгольме.
В любом случае мы провели прослушивание, потому что нам нужны исполнители на главные роли, а также исполнители на роль Даниэля и Фины-Кайсы.


Вопрос: Как поживали ваши скаковые лошади в ушедшем году?
Б.А.: У них все в порядке. Точно вам говорю.


Вопрос: Вы оказали поддержку по сбору средств для Шведского королевского музыкального колледжа…
Б.А.: Я вхожу в группу людей, которые являются чем-то вроде Совета правления. Мы стараемся найти для колледжа деньги. Я согласился помочь, потому что они собирались начать эту кампанию еще месяц назад. Они пришли и спросили, не хочу ли я вместе с моим оркестром придти и сыграть. Я ответил «да»!
И мы сыграли — всего 45 минут, но и это было здорово. Отличный концерт. Пришло множество студентов-музыкантов, а также множество тех, кто мог бы оказать денежную помощь.


Вопрос: Какие планы по поводу того, чтобы выпустить однажды на CD вашу Рапсодию для органа, хора, флейты, фортепиано и струнных?
Б.А.: Никаких. Я не собираюсь этого делать.
Мы могли бы выпустить одну конкретную композицию «En skrift I snön» («Написано на снегу»). Да, это возможно. Может быть, Хелен споет ее на своем следующем альбоме. Но только лишь отдельно взятую песню со словами, а не весь остальной материал.


Вопрос: В 2013 году вы стали победителем «Guldbagge»!
Б.А.: Все верно! Неплохо, да! Это за музыку для фильма «Palme». Вообще-то я и не ожидал даже такого расклада, но очень польщен. Это приятно. Это такой шведский вариант премии «Оскар».


Вопрос: Или BAFTA в Британии…
Б.А.: Я был на вручении BAFTA, так как номинировался за музыку к фильму «Mamma Mia!», причем я очень нервничал и думал только об одном: «Только не я!», потому что был совершенно не готов выдать благодарственную ответную речь тогда… И, к счастью, я не выиграл!


Вопрос: Бьорн и Вы объединились вместе с Avicii для работы на песней «We write the story». Как так получилось?
Б.А.: Ну, прежде всего, ко мне обратились представители шведского конкурса «Евровидения» с вопросом, не могли бы мы написать песню, и я согласился, поскольку это должно было представлять на конкурсе Швецию.
Так началась работа, и мы общались с Avicii посредством чата и попытались таким образом сделать что-то вместе. Он подготовил свою аранжировку к песне «We write the story». В основу лег образ — я не знаю, видели вы или нет, но есть такой вид бабочки, обитающей в Азербайджане или где-то в том районе. А затем это вылилось в песню. Мне было интересно поработать над этим проектом.


Вопрос: Музей АВВА открылся в 2013 году – с очень захватывающим шоу…
Б.А.: Большое представление. Они сделала действительно очень, очень, очень отличное открытие, используя целый отель, все окна и комнаты. И в итоге получилось великолепное шоу, я считаю.


Вопрос: Вы пользовались красным телефоном из «Ring, Ring» в музее?
Б.А.: Я звонил по нему, и на том конце было слышно, как я здесь играю на пианино. Я все-таки обязан им позванивать. Мы попытались организовать это таким образом, что я когда играю здесь на рояле, маленькое пианино в студии музея воспроизводило бы то же самое. Это разработка Yamaha, называется Disclavier, она основана на электромагнетике. Вот тут одна из этих установок —стоит здесь, позади меня, а другая находится в музее. Но эта более сложная, чем та, музейная. Таким образом, мы звоним кому-нибудь в музей, и они должны подойти и нажать кнопку, и затем эта установка заработает. Я проделывал подобное буквально на прошлой неделе, и, знаете, это было забавно.


Перевод Елены Руденко.

icon01

ABBA OFFICIAL FOTO BOOK

maxresdefaultПытался собраться с мыслями чтобы описать свои впечатления от увиденного. Начинаешь просмотр книги и мир перестаёт существовать. Есть только эта КНИГА !
Не ожидал. Казалось что удивить невозможно, так как видел уже столько книг за последние лет 20 - 25. Ан нет ! УДИВИЛИ !!!

"Добил" меня снимок на 185 странице. Тут я просто упал с дивана.
Никогда не приходилось видеть другого варианта у вертолёта 1976 года. Снимок на вкладке к пластинке, где все участники стоят перед вертолётом. На советской, болгарской и французских пластинках этот снимок на обложке. Так вот, Я всегда думал что ведь есть другие снимки с этого места. Фотограф Ула Лагер. И вот НАКОНЕЦ увидел другой вариант !
Так же на странице 347 другой вариант из серии в картинной галерее Кроненберга, та что в Скансене. Обложка "Визиторс".

Не обошлось и без оплошностей. На странице 209 в нижнем правом углу снимок небольшого размера. В самолёте по пути в Польшу в 1976 году. Фрида и Бенни, Стиг и польская теле-журналистка. Подпись к снимку гласит что со Стигом его жена Гудрун. Это не она.

Было приятно что и про НАС не забыли. Про СССР. На одном из разворотов где помещены обложки пластинок выпущенные в разных странах есть среди прочих обложка журнала "Кругозор" за август 1978 года. И изображена сама гибкая пластиночка голубого цвета. Мелочь, а приятно ! Других обложек дисков гигантов, как принято в то время называть долгоиграющие диски, вышедших в СССР нет. По видимому не хватило места и возможности учесть все издания выходившие в разных странах.
В конце книги среди прочих снимков (страница 376) с премьер "Мамма Мии!" есть и московская премьера 2006 года ! Фото ИТАР ТАСС/ТТ. Автор Александр Саверкин.

Стоило ЖИТЬ чтобы увидеть эту КНИГУ !

Делайте что хотите, НО Вы должны прикоснуться к этому чуду !!!
icon01

О песне "Танцующая королева"

Одна из самых известных песен группы АББА Dancing Queen является одной из самых удивительных песен этой группы с точки зрения звучания в ней различных мелодий и особенности их сведения, благодаря чему их практически не слышно ухом, но их отсутствие явно слышится во всех кавер версиях.  Dancing Queen так же относится к тем песням, которые совершенно не звучат под гитару или фортепиано, что наиболее явно проявилось в исполнении этой песни Бенни Андерссоном на рояле с любительским вокалом в видео «Dancing Queen - LIVE with Benny Andersson».
 При записи этой песни для фильма Mamma Mia, где музыкантами являлись бывшие участники группы АББА, в том числе сам Benny Andersson, песня была сведена таким образом, что то, что не было слышно ухом раньше, было выведено на первый план.
Художественное описание структуры песни

1. Основная инструментальная тема, с которой начинается песня, после фортепианного вступления.

Сама мелодия предельно проста, состоит из четырех нот,  но воспроизвести ее один  к одному не удалось ни одному исполнителю. Более того, в испаноязычной версии этой песни сама АББА не сделала этого. Можно предположить, что только из-за времени, потому  что сведение основной версии заняло более 6 месяцев.
  В этой мелодии скорее всего одновременно звучат несколько десятков струнных инструментов вместе с синтезаторами того времени, сведенными и переналоженными друг на друга несколько раз. Но самое большое значение может иметь интонационное звучание голосов всех участников группы, которое очень хорошо слышно, когда запись воспроизводится с функцией караоке (Channel Mixer), что дало возможность создания видео Dancing Queen Instrumental.
Партия первого фортепиано, которая звучит на протяжении этой темы, так же очень проста (A, D), но задавая ритм, совершено не перетягивает одеяло на себя и слышится как фон на заднем плане. Однако если прослушать эту мелодию на видео» Dancing Queen Instrumental», звучание фортепиано совершенно меняется и становится понятным, какого уровня работа была проделана звукорежиссером.
  Партия второго фортепиано, состоящая из трех аккордов (AA, EE, DD) звучит на протяжении всей песни и является тем самым «крючком», которая позволяет узнать эту песню даже в исполнении одних ударных. В отличие от партии первого фортепиано, выведена на первое место, и существенно обработана.
Партия ритм гитары интересна тем, что не слышна на протяжении всей песни, играется на простых аккордах и обработана незначительными эффектами. Ее можно услышать на видео, посвященном записи этой песни и на видео, посвященному ее сведению.

2. Фраза «You can dance, you can jive»

Если прослушать этот фрагмент в инструментальном исполнении или с отфильтрованным голосом, то становится понятным, почему слова, исполняемые на двух  одинаковых нотах, вызывают ощущение мелодии стремящейся к повышению. Звучащие на заднем плане струнные инструменты именно это и делают. Этот прием будет использован дальше в этом же куплете во время исполнения слов «having the time of your life». Явно услышать можно на видео Dancing Queen Instrumental  и Dancing Queen [Mamma Mia The Movie] Instrumental.

3. Фраза «having the time of your life»

Звукорежиссер АББА Микке  Третов на видео «The mixing of Dancing Queen» вывел этот фрагмент в голосовом исполнении, без каких либо инструментов. Ощущение, что одна мелодия разъезжается в разные стороны. Очень хорошо обыграна в исполнении этой песни пианистом Ричардом Клайдерманом, где в первой части песни исполняется голосовая тема, как в оригинале, а во второй  части инструментальная тема выведена на первый план, а голосовая практически не звучит. Что удивительно,  ощущение того, что из песни что то убрали, не появляется.

4. Музыкальный проигрыш после слов «Friday night and the lights are low»

Интересен тем, что так же он проигрывается одновременно с заключительными аккордами «Крючка» - партии второго фортепиано (AA, EE, DD) на аккордах DD. Наиболее явно слышится в испаноязычной версии песни после слов «Reina al fin toda juventud» (young and sweet, only seventeen).

5. Инструментальная партия фортепиано во время фразы «With a bit of rock music, everything is fine»

Исполняется на аккорде E и практически дублирует ноты фразы «You're in the mood for a dance», но  в более низкой тональности.  В исполнении Ричарда Клайдермана получилось наиболее удачное подчеркивание данных фрагментов.

6. Проигрыш после слов «And when you get the chance»

Большинство кавер исполнителей очень удачно начинают этот проигрыш, но на словах «You are the Dancing Queen» либо уводят его, либо заглушают, поэтому в самых худшем случае этот момент может звучать откровенно фальшиво.
Наиболее четко его можно услышать во время прослушивания видео Dancing Queen [Mamma Mia The Movie] или Dancing Queen Instrumental.

7. Финальный проигрыш во время звучания основной темы на затухании мелодии.

Звучит на протяжении всей песни после проигрывания «Крючка» - последовательности аккордов (AA, EE, DD). В оригинальной версии 76 года полностью теряется на фоне других инструментов и скорее угадывается. На видео можно услышать, как члены группы исполняют его голосом. В испаноязычной версии на первое место выведен фрагмент, который звучит после «Friday night and the lights are low», поэтому услышать его невозможно.
  В версии, исполняемой как в мюзикле, так и в фильме Mamma Mia выведен на первый план, что заставило песню зазвучать совершенно непривычным образом.



Dancing Queen Recording Session  http://www.youtube.com/watch?v=nBy9mXMEhYo
The mixing of Dancing Queen  http://www.youtube.com/watch?v=YXIgq4dQ6ks&feature=related
Dancing Queen Instrumental  http://www.youtube.com/watch?v=lmO-9rR1-JM
Dancing Queen [Mamma Mia The Movie] Instrumental  http://www.youtube.com/watch?v=W2M69V3wKMQ&feature=related
Dancing Queen - LIVE with Benny Andersson  http://www.youtube.com/watch?v=tmW5JsyfVaM&feature=related
icon01

Музей АББА в Стокгольме

МУЗЕЙ АВВА:
НА ПУТИ К СОЗДАНИЮ.


После долгих месяцев строительства «Музей АВВА» вот-вот, наконец-то, готов открыть двери для посетителей. Он представляет собой современное строение цветом под «белое дерево», и расположен на улице Юргорден (Djurgarden) в Стокгольме. Он станет первой в мире постоянно действующей выставкой группы АВВА.
Чем ближе день открытия, тем интенсивнее вереницы грузовиков подъезжают сюда для того, чтобы выгрузить предметы обстановки, костюмы и многие другие подлинные экспонаты, которым предстоит быть выставленными в этом музее. Так чего же ожидать поклонникам группы, когда они придут на выставку?
«Мы собираемся предложить гостям нечто уникальное», - говорит директор «Музея АВВА» Маттиас Ханссон. «Музей станет своеобразной витриной работ АВВА, собранных вместе, а также одновременно музыкальной и интерактивной выставкой, которая позволит поклонникам ещё ближе познакомиться с их любимым ансамблем».
И, естественно, музей воздаст дань уважения музыке АВВА, и для этого устроители решили установить самую лучшую в мире звукоизоляционную систему, а также укомплектовать всё особо сконструированными звукопоглощающими обоями, что позволит без проблем одновременно воспроизводить разные песни в каждой из комнат выставки.
В декабре прошлого года «Музей АВВА» и Slotify (цифровой музыкальный сервис) анонсировали уникальный совместный проект, чтобы объединить и расширить музейный опыт различными разработками Slotify и внедрить все это в новый открывающийся музей.
Как бы то ни было, Ханссон рассчитывает, что посетители не будут валить толпой, просто послушать хиты группы. Скорее они совершат подробное путешествие от истоков группы, включая «доаббовский» период их сольного творчества в 60-х годах и заканчивая их распадом в 1983 году. Также поклонники ощутят, чем жили участники группы вне сцены.
Во время посещения выставки каждый из участников четверки АВВА будет рассказывать историю группы посредством аудио-гида музея, которая была написана в соавторстве с Кэтрин Джонсон, автором мюзикла «Mamma Mia!».
В комнате, посвященной песне «Ring, Ring» будет выставлен большой красный телефон в стиле 70-х годов. Этот аппарат будет действительно подключен к внешней телефонной линии, и номер будут знать только четыре человека. И эти четверо: Агнета Фэльтскуг, Бьорн Ульвэус, Бенни Андерссон и Анни-Фрид Люнгстад. Рядом с телефоном есть указатель, который извещает о том, что если этот аппарат звонит, то обязательно берите трубку, так как это может звонить только кто-то из четверки АВВА.
«Это будет настоящий телефон, и они обещали звонить регулярно», - подтверждает Маттиас Ханссон.
«Это была идея Фриды, и, конечно же, она будет звонить!», - говорить музейный куратор Ингмари Холлинг.
Ингмари была стилистом АВВА в период с 1976 по 1980 годы, в эру, как она сама описывает, «веселья и великолепия». Она была тем человеком, на счету которого было много роскошных и ярких костюмов, и, само собой, она способствовала тому, что на выставке представлены некоторые из них.
Также умело, как и с костюмами, Холлинг мастерски обращается с Waterloo-гитарой Бьорна в форме звезды, первым аккордионом Бенни, золотыми дисками и огромным количеством прочих экспонатов!
«Участники квартета снабдили нас множеством материала»,- замечает Холлинг, - «И, когда я звоню им, чтобы сообщить о какой-нибудь своей идее, они говорят «Давай, делай, конечно!».
Множество экспонатов музея, включая фургон, в котором ездили в турне Hep Stars и известный вертолет с обложки альбома «Arrival» присутствуют здесь специально для того, чтобы у фанатов был удобный случай сделать прекрасное фото.
Посетителям также будет предоставлена возможность ощутить жизнь группы в старательно воссозданных помещениях, таких как хижина Бенни и Бьорна на острове Виггсё, где они сочиняли музыку, офис менеджера группы Стига Андерсона, гримёрка, а также студия Polar.
В студии стоит настоящий микшерный пульт, инструменты и прочие соответствующие вещи. На этой выставке посетители вполне могут своими руками сделать ремикс на один из классических треков АВВА, а также потом сделать запись своей версии хита в ряду специально оборудованных кабинок.
Вам будет предоставлена возможность примерить на себя знаменитые костюмы АВВА с помощью цифровых технологий и посмотреть полученный результат на экране, в то время как другие фанаты получат возможность стать «пятым» участником группы и смогут спеть и станцевать с четверкой на одной сцене, где компьютер воссоздаст голограмму «аббовцев» в полный рост.
Возвращаясь назад в те дни, когда не было такого развития средств медиа, люди были бы счастливы только лишь от того, что у них появилась возможность попробовать все это в действии. Как бы там ни было, сегодняшние потребители хотят разделить свои достижения со своими друзьями, и «Музей АВВА» готов отличиться в этом плане от всех остальных. Для каждого интерактивного экспоната музея позволяется выложить свой результат в сеть, или просто сохранить результат, чтобы использовать его позже.
Маттиас Ханссон объясняет, как это работает: «Когда вы приходите в музей, вы предъявляете свой входной билет и реестровый код на нем. Одновременно на основе этих данных вы в автоматическом режиме создаёте вашу персональную страничку на веб-сайте музея. На билете есть штрихкод. Вы просто сканируете этот код сканером, расположенным возле каждого экспоната и тот клип, который вы создали, тут же отправляется на вашу персональную страничку. Позднее вы сможете поделиться этими клипами, используя стандартные операции или загрузить их».
С таким множеством интерактивных экспонатов, основанных на сегодняшних высоких технологиях, всегда есть опасность, что через несколько лет музей будет выглядеть устаревшим. Но создатели «Музея АВВА» утверждают, что разработали целый план пересмотра всех экспонатов, по меньшей мере, каждые два года. «Некоторые вещи потребуют замены, но как подтверждает опыт, у нас будет возможность использовать некоторые вещи и 20 лет. Взять на вооружение данную стратегию, было решено именно на стокгольмском музее. И хотя существует так много благоприятных возможностей для виртуального посещения, мы не собираемся внедрять это сегодня. За исключением экспонатов, которые можно перевозить, они послужат для рекламы музея. Вы действительно должны побывать здесь!», - говорит Ханссон.
И хотя билеты на первые несколько недель почти распроданы, (за которыми, к слову, была очередь), те, кто предпочтет спонтанно посетить выставку в мае, приехав на место, могут обнаружить, что количество билетов ограничено. Пожалуйста, учтите, что вам необходимо взять свою кредитную карту на тот случай, чтобы расплатиться за билет в музей, если он не куплен заранее, или же вы захотите приобрести имеющиеся в музее сопутствующие товары, оплачивая наличными.

Svenska Dagbladet 28 апреля 2013 года
Бьорн приоткрывает дверь в историю АВВА
Говоря об открытии музея языком заголовков Svenska Dagbladet , Бьорна попросили рассказать о том, как создавался музей, о том пути, который, конечно же, начался с победы на «Евровидении» много лет тому назад. «Я ни не мог помыслить, что мы сможем выиграть. Мы выбирали из двух песен – «Waterloo» и «Hasta Manana». Но «Waterloo» было более выигрышно для выступления на сцене», - вспоминает Бьорн Ульвэус, когда я встретился с ним в ресторане на улице Djurgarden.
Буквально на днях ему исполнилось 68. И по обыкновению он получает комплименты о том, что выглядит моложе. Он определенно более худощав, чем во времена АВВА. Времена АВВА… По сути это и есть причина его сегодняшних поездок. Когда Бьорн просматривает меню, то можно заметить, как он при заказе отказывается от блюд с большим содержанием углеводов.
Мы обсуждаем прозрачный мини-вертолет с обложки альбома «Arrival». И Polar Studio, конечно. А затем скамейку, где Бенни и Анни-Фрид целуются друг с другом, в то время, как Бьорн сидит тут же рядом с Агнетой, и оба холодны, как лед.
«Это очень забавное фото, всеми известное. История АВВА – это настоящая история о Золушке», - говорит Бьорн Ульвэус.
Ингмари Холлинг проработала в качестве стилиста АВВА в общей сложности с перерывами около 36 лет и до сих пор встречается со всеми четверыми лично. Это позволяет ей также хорошо, буквально в двух словах, описать каждого из четверки.
«Агнета - невероятно земной человек, такая девчушка из маленького городка, которая довольствуется простой жизнью. Мне больно, когда я слышу от людей, что она, как Грета Гарбо, ведь это вовсе не так. Скорее она немного наивна и люди так и не имеют представления о том, какой она человек».
«Фрида бродяга по натуре, очень много путешествовала по свету, может практически в любом месте пустить корни, и это станет ее домом. Она опытна и житейски мудра, познала много горя».
«Бьорн - любознателен и открыт для новых идей и рассуждений. Он странное сочетание бизнесмена и поэта. Эдакий подрядчик от Бога».
«У Бенни есть все качества, присущие музыканту. Если рядом с ним пианино или аккордеон, то ежедневная рутина ему нипочем. Находясь на какой-нибудь вечеринке, у него будет извиняющийся вид, если он здесь не к месту, но он будет находиться здесь и продолжать играть. В турне он заботился о многих из нас, кто работал рядом с ним. У него присутствует неотъемлемое понимание того, что каждый человек важен и необходим. Каждый из четверых совершенно обычные люди, лишенные налета звездности».
С самого начала «Музей АВВА» планировалось расположить в старом здании на Stadsgarden. В 2008 году началась первая распродажа билетов, но вышло так, что помещение музея было не в очень хорошем состоянии, и на его ремонт пришлось бы потратиться больше, чем ожидалось. Поэтому договор с собственником помещения – Stockholm Hamnar – пришлось расторгнуть. Это случилось в 2009 году. И уже в 2010 году, взамен музея АВВА, в этом здании открылся фотомузей.
За пару лет передвижная выставка АВВАWORLD объездила весь мир со множеством тех самых гаджетов, которые вы можете видеть в «Музее АВВА» сегодня.
О новом музее Бенни Андерссон высказался так: «Я ничего не имею против всего этого, но, думаю, что можно было бы и подождать еще лет 30». И потом добавил еще: «Музей должен сам встать на ноги, быть независим ни от кого». Бьорн Ульвэус тем не менее говорит, что он чувствует, что много воды утекло с тех пор, как АВВА распались в 1982 году, и он счастлив, что «Музей АВВА» теперь существует.
«Да, работа завершена от начала до конца, и в итоге перед тобой оказывается результат от проделанной работы. Под работой я подразумеваю не только разработку контента музея, но нужность рассказать всему миру, что такое существует. Поэтому я посетил или собираюсь посетить Англию, Россию, Германию, Финляндию, Норвегию и Польшу для промоушена».
Но раньше АВВА ничего и слышать не хотели о музее?
«Да, было дело», - соглашается Бьорн. «Конечно, есть что-то странное в создании музея имени себя. Обычно музей создается уже после смерти».
А другие участники АВВА вовсе не так активно поддерживают это мероприятие?
«Нет. Просто это все происходило в моем родном городе, там, где я сейчас живу. Если это было бы где-нибудь еще, я не думаю, что это выглядело бы также хорошо. Здесь, на острове Djurgarden, я иду по улице со своими внуками, и они указывают пальцем и говорят: «Смотри сюда, дедушка, мы хотим туда пойти».
«Я хочу гордиться «Музеем АВВА». Наверное, со времен нашей группы действительно прошло много времени, поэтому я смог сделать подобные вещи, как этот музей, как будто все это проделывал какой-то сторонний человек, просто исследуя вопрос, почему АВВА достигла такой широкой популярности во всем мире», - говорит Бьорн Ульвэус и посмеивается.
Каким образом шведская группа завоевала весь мир, такого не делали до этого, и, что важно, никто не думал, что такое вообще возможно?
«Важной составляющей является наша удивительная история, ведь мы совершено естественным образом организовали нашу группу. Сначала познакомились Бенни и я. Потом начали вместе работать. И независимо от этого каждый из нас встретил свою девушку, причем обе они оказались прекрасными вокалистками, к тому же красавицами – и блондинка, и рыжеволосая. Мы выступили вместе разок. Спели ради развлечения, и мы вовсе не намеревались создать группу. Но, в конце концов, стало очевидно, что мы должны работать сообща. Все случилось само собой, это было гениально и естественно одновременно, такое просто невозможно просчитать заранее».
«Когда с группой стал работать Стиг Андерсон, его широкий кругозор знаний и неукротимый дух подтолкнули нас на то, чтобы попробовать свои силы за пределами Швеции. Он убедил нас и заставил поверить в это. И нам стало очевидно, что единственный путь для этой цели участвовать в конкурсе «Евровидения», другие способы для нас были недоступны. Англо-саксонская публика не особо привыкла слушать чужие песни, для них это был просто мусор. Но мы собирались стать особенными, настолько, что никто и представить себе не мог. После «Waterloo» дела шли не так легко, и бывали моменты, когда я думал, что большего нам уже не достигнуть».
Когда в Австралии была выпущена «SOS», АВВА сняли промо-ролик и разослали его во все страны мира.
«Потом это все мгновенно выстрелило, и британцы сделали вывод, что та группа с «Евровидения», которая должна была кануть в лету, все еще жива. Мы мгновенно оказались в центре внимания. Оказалось, что множество наших песен стало частью современной жизни. Они живы и по сей день. Или, как сказала Филлида Ллойд, режиссер «Mamma Mia!»: «Эти песни – часть нашего культурного наследия».
И Вы гордитесь этим?
«Абсолютно. Очень горд, изумлен и покорен, иначе бы я не был вовлечен в эту затею с музеем. Совершенно невозможно вообразить весь тот путь, который проделала АВВА, или что мы продали 380 миллионов записей, и нам удалось дотронуться до сердец людей, или что «Mamma Mia!» посмотрело 50 миллионов зрителей».
Самый крупный финансист «Музея АВВА» сам Бьорн Ульвэус, который не говорит точно о том, сколько миллионов он вложил, но отвечает, что музей стоил «несколько десятков миллионов крон».
После церемонии открытия музея 7 мая, Бьорн Ульвэус рассчитывает, что его денежные затраты уменьшатся, несмотря на то, что он останется самым крупным держателем акций и ему предстоит присутствовать на заседаниях правления.
«У нас учредительный совет, который возьмет на себя все заботы по организации дальнейшей работы музея».
То, как музей собирается окупаться, и будет ли вообще иметь успех, вот один из главных вопросов. Бьорн Ульвэус думает, что это может действительно вылиться в проблему, например во время осенне-зимнего периода.
«Мы готовы к этому и у нас есть способ привлечь к себе внимание посетителей. Но это если вы являетесь иностранным туристом, и у вас на слуху такие шведские бренды, как IKEA, ABBA и другие. Местные, я думаю, не так заинтересуются пойти и посмотреть на музей АВВА».
Швеция 70-х годов не особо была расположена к АВВА. Культурные издания того времени печатали статьи, где прогрессивно настроенные левые выражали свое недовольство коммерческой «промывкой мозгов» и, в частности, какой безвкусицей является «просто» поп-музыка АВВА. Презрение, или даже ненависть, сродни той, которую вызывал премьер министр Улоф Пальм.
Ингмари Холлинг на днях общалась с Анни-Фрид как раз на эту тему. И Фрида сказала, что ей до сих пор неприятно от той мысли, что сейчас-то люди говорят о музыке АВВА только хорошее, тогда как раньше эти же люди ненавидели их.
Бьорн Ульвэус не думает, что движение «Prog Rock» (Proggen) являлось чем-то, из-за чего он в прошлые времена расстраивался. «Мы не были чрезмерно огорчены из-за этого, потому что у нас на это просто не было времени, мы всецело были сфокусированы на своем творчестве. Proggen никогда не было чем-то важным, это было чисто маргинальное явление. От них не исходило ни единой оригинальной идеи, за исключением нескольких песен у National Teater и Hoola Bandoola, которые были хорошими группами. Но, конечно, мы знаем, что некоторые из них были просто ужасны. Они заявляли, что если мы продали много своих записей, это уже подозрительно. Но не забывайте о том, что была также и совсем другая Швеция – мы получили предзаказы на 760 тысяч копий диска «The Album». Вся эта критика отошла на задний план.
Но, конечно же, вы просто занимались музыкой ради того, чтобы заработать хорошие деньги?
Бьорн смеется и отвечает: «Ха-ха, да, мы придумали формулу, настоящая фабрика по производству хитов! И специально для этого мы попарно поженились! Нас обвиняли во всем этом! Но все эти обвинения не имеют под собой никаких оснований, кроме своей абсурдности. Если вы послушаете наши песни сегодня, то заметите, как они отличаются друг от друга. Мы испробовали все стили не из желания по-хитрому манипулировать публикой, и заставить таким образом ей понравиться. Очень больно слышать, что мы создавали наши песни ни на чем другом, кроме чистой спекуляции.
Национальная энциклопедия, Nationalencyklopedian, пишет, посреди прочего, что АВВА музыкальный подчерк «характеризуется умелым смешением стилей популярной и танцевальной музыки», но ни слова о текстах песен.
«Бенни был двигателем в плане музыки, но мы всегда сочиняли вместе. Я писал свои тексты на уже определившуюся по форме мелодию, и я уже мог почувствовать, что это будет за песня. Со стихами всегда привыкли не особо церемониться, но ведь те песни, которые наполнены хорошей лирикой, всегда удаются».
Бьорн Ульвэус не всегда готов вспомнить, как создавались те или иные тексты. В последние годы он жалуется на то, что многие из его воспоминаний о периоде с АВВА забыты. Но особо памятные события действительно достойны внимания, они и нашли свое место в «музее АВВА», и ради этого он уже готов покопаться в событиях прошлого.

Вот как история с песней «Фернандо»:
There was something in the air tonight
The stars were bright, Fernando.
They were shining there for you and me?
For liberty, Fernando…

Помниться Фрида и Бенни сначала сделали её на шведском, и я подумал, что у песни такой вычурный текст, когда все это говорится «латинскому возлюбленному». Но однажды ночью я прилег на причале на Виггсе и посмотрел вверх на звезды… И было в воздухе что-то такое… И в памяти внезапно всплыл образ Фернандо – старого борца за свободу!».

Перевод Елена Руденко.

По материалам:
http://www.svd.se/kultur/bjorn-ulvaeus-oppnar-dorren-till-abbas-historia_8125852.svd

http://www.icethesite.com/2013/04/abba-the-museum-comes-to-life/


А начиналось всё вот так:

Русская редакция Радио Швеция.
28 ноября 2006 года.

В Швеции будет открыт первый в мире музей, посвященный музыкальному коллективу АББА. Инициаторами выступил частный бизнес - предприниматели муж и жена Вестманы (Ewa Wigenheim-Westman + Ulf Westman).

Пока что известно только, что музей откроется в Стокгольме. Но бывшие члены легендарной диско-группы - Бьёрн Ульвеус, Бенни Андерссон, Агнета Фэльтскуг и Анни-Фрид Ройсс (Anni-Frid Reuss) одобряют идею в совместном сообщении для прессы.

”Мы полностью доверяем Эве и Ульфу Вестман, пишут музыканты. И надеемся, что это будет интересный музей, в котором будет чувствоваться музыкальный дух того времени”.

Первый шаг - отыскать в столице подходящую недвижимость на 3-4000 квадратных метров. Если место будет найдено быстро, то музей может быть открыт уже в 2008 г.
 Что касается участия самой четверки АББА, то на пресс-конференции было сказано:
- что все четверо ”благословили” создание музея (после долгих уговоров),
- что они согласились передать музею ”напрокат” одежду членов АББА и другие сохранившиеся вещи, документы и пластинки,
- что ни в создании, ни в работе они участвовать не будут,
- что финансировать создание музея они тоже не будут, - сказала на пресс-конференции Ева Вигенхайм-Вестман, призвав потенциальных спосоров вложить деньги в этот ”once in a life-time-projekt”.

Источник http://sverigesradio.se/sida/gruppsida.aspx?programid=2103&grupp=12866&artikel=1061870&sida=4

icon01

Финальная стадия. Создание альбома «The Visitors».

«Знаете, я думаю, то, что никогда не начиналось, никогда не сможет закончиться». В одном из самых последних интервью, которые дали АВВА, Бенни Андерссон именно так подытожил нечетко выраженное зарождение творчества группы и не совсем ясную развязку их путешествия по ландшафтам поп-музыки 70-х и начала 80-х гг. Конечно, в октябре 1982 года, когда брали данное интервью, он не мог знать о том, что группа уже сделала свою самую последнюю совместную запись. Но будущие события готовы будут подтвердить правоту его слов: точно также, когда Агнета, Бьорн, Бенни и Фрида однажды собрались вместе, чтобы создать группу, которая позже прогремела на весь мир, так и сейчас – их мало-помалу тянуло каждого в свою сторону, меняя их личные предпочтения, все дальше и дальше от ядра группы. Прошло всего несколько лет, и выяснилось, что они уже больше не участники группы АВВА.

Данное делюкс-издание их последнего студийного альбома «The Visitors» предлагает вниманию обзор заключительной части записей АВВА: собственно сам альбом, плюс к нему стороны синглов, а также смешанные треки, таким образом, завершая собрание записей группы.

«The Visitors» впервые появился в Швеции 30 ноября 1981 года, в то время АВВА переживала свой наиболее зрелый период творчества, общий посыл их девяти треков говорил о том, что группа в совершенстве овладела своим ремеслом. Тематика Холодной войны лежала в основе не только заглавной песни, но также и в композиции «Soldiers», о трудностях взаимоотношений после утраты связи с близкими и любимыми людьми рассказывается в «When All is Said and Done», «One of Us» и «Slipping Through My Fingers», неприкрытые амбиции и меланхолия звучат в «I Let The Music Speak» и «Like An Angel Passing Through My Room», собственно, только лишь «Head Over Heals» и «Two For The Price Of One» принимают форму насмешливости и несерьезности, что было так характерно для песен с их предыдущих альбомов. Обращаясь к прошлому, Бенни чувствует, что, возможно, группа стала слишком серьезной. «Я не знаю, что произошло», - рассказывает он сегодня, - «Но, говоря о себе, могу сказать, что возможно имело место желание выразить себя более основательно что ли, например, двигаясь к чему-то более театрализованному». Чувства Бьорна по отношению к этому альбому недвусмысленно более позитивны. «Насколько я помню, нам это действительно доставляло удовольствие и чувствовалось, что мы сделали еще один шаг вперед. Я очень горжусь до сих пор этим альбомом».

Работа над восьмым студийным альбомом АВВА началась в феврале 1981 года, когда Бенни и Бьорн начали писать для него первые песни. Последний раз группа собиралась вместе для записи альбома «Super Trouper» еще в ноябре. 16 марта они сочинили три новые песни и готовились к их записи на собственной студии в Стокгольме – Polar Music. В двух из этих песен отразились очень личные переживания некоторых участников группы. Так в августе 1980 года дочь Агнеты и Бьорна Линда пошла в школу. Однажды Бьорн увидел, как она, уходя утром из дома в школу, обернувшись, помахала рукой. И он понял вдруг, что его дочь вырастает, сделав еще один шаг во взрослую жизнь, которая принадлежит теперь уже ей одной. Он стал задумываться над тем, как «уходит драгоценное время», как исчезают «удивительные приключения», когда его дочка была еще маленькой. Так эти мысли и чувства вылились в балладу «Slipping Through My Fingers». И, как само собой разумеющееся, спела ее Агнета – мама Линды. Когда альбом вышел, Агнета сказала: «Это очень правдивые и искренние чувства. И хоть это в большей или меньшей степени размышления Бьорна, я их тоже разделяю».

Другой очень личной песней этого начального этапа записи стала «When All is Said and Done». 12 февраля мир облетела новость, что женатая пара, Фрида и Бенни, решила расторгнуть свой брак. Это произошло спустя два года после того, как развелись Агнета и Бьорн. Так окончательно разрушился имидж АВВА, как группы состоящей из двух влюбленных и счастливых пар, собравшихся вместе, чтобы сочинять и петь песни. Хотя Фрида и Бенни настаивали на том, что их развод никак не отразится на группе. Разрыв отношений, приводящий к тому, что двое недавно любящих друг друга людей идут теперь порознь – такая тематика и раньше встречалась в песнях АВВА, но теперь и им самим довелось переживать эти болезненные чувства в реальности. В их новых песнях о разрыве отношений звучание обретает другую, «жизненную», интонацию. Возможно, ни в какой другой песне, кроме как в «When All is Said and Done», не отразились чувства разрыва отношений между Фридой и Бенни, для которой Бьорну пришлось писать текст. Схожая ситуация была в песне «The Winner Takes It All», вошедшая в альбом «Super Trouper» (в ней отразился его собственный опыт развода с Агнетой). Тем не менее Бьорн подчеркивает, что большая часть в тексте песни – выдумка. «Конечно, отправной точкой действительно был развод Фриды и Бенни, но ничего подобного тому, чтобы я расспрашивал их об этом самих или знал истинную причину их расставания», - говорит он. «Это просто та ситуация, которая произошла с близкими мне людьми, та, что подтолкнула к написанию текста, «когда все сказано и сделано», это такая жирная точка в конце целого периода времени, целой эпохи. Потому что это то, что действительно было в прошлом. Ни для кого из нас четверых: ни для них, ни для меня с Агнетой, не стоял вопрос о возрождении наших отношений. Это был настоящий, реальный конец». В свою очередь Бенни утверждает, что никогда не поднимал текст этой песни на личный уровень, да, он знал, что развод, возможно, наложил отпечаток на основную направленность текста Бьорна. Фрида же относится к тексту песни более личностно, получив возможность отразить свои собственные чувства в этой композиции и придав своему исполнению в равных частях страстную решимость и скорбь сожалений. «Всю мою боль я вложила в эту песню», - призналась она позднее.

Как будто проблеск солнечного света после тягостной атмосферы личных переживаний, третьим записанным треком стала наполовину эксцентричная история о мужчине, который откликнулся на танталов призыв в колонке личных объявлений о том, что он получит «две по цене одной». Что оборачивается в конечном счете знакомством с дочерью и ее матерью одновременно. Бьорн, который сам спел в этой песне, вспоминает, что текст основывался на одной в реальности произошедшей истории. Он прочел одну статью, и более или мене постарался пересказать ее в своем тексте. Сегодня он чувствует, что лучше было бы поменять вокал в песне с мужского на женский, чтобы спела ее Фрида или Агнета, таким образом, это был бы верный кандидат для выпуска сингла. Не смотря на то, что в 1979 году «Does Your Mother Know» стала хитом, где также исполнителем был Бьорн, в этот раз сингл выпускать не собирались, что не дало побыть в центре внимания превосходному вокалу двух исполнительниц.

В середине апреля первые три трека были полностью завершены, и спустя всего месяц после студийной записи, во время которого группа записала специальный выпуск программы «Дик Каветт встречается с АВВА» (см. заметки о DVD подборке материалов) – 18 мая Бьорн и Бенни вернулсь в студию для проб новых песен. Неделей позже была уже готова основа для «I am the Seeker» (так и не завершенная АВВА, но записанная британским певцом Робертсоном для мюзикла 1983 года Abbracadabra), затем они также сделали демо-запись «Giving a little bit more», также недоведенную до полноценного конца. Отрывок этой записи можно услышать в АВВА Undeleted Medley, включенный в бокс-сеты «Thank You For The Music» и «Complete Studio Recordings». Далее идут попытки записать балладу «Like An Angel Passing Trough My Room». Это была та песня, которой пришлось пройти путь из великого множества вариантов, прежде, чем она стала такой, какой вошла в альбом в своем окончательном варианте. Пятью месяцами спустя, группа так и не отважилась записать окончательный вариант песни из материала, записанного в мае. Они пытались сделать что-то похожее на «Lay all your love on me» с альбома «Super Trouper», то есть перевести мелодию со средним темпом в более быстрый ритм, добавив к нему диско-основу. Но такой вариант, в конечном счете, был тоже забракован, именно потому, что результат звучал точь-в-точь, как уже записанное АВВА раньше, повторяться не хотелось. Чуть ли не до 8 ноября, всего за три недели до официального релиза альбома, они записали-таки окончательный вариант аранжировки: им оказался аскетичный дуэт синтезаторов Бенни и задумчивого вокала Фриды, звучащий на фоне ритмичного тиканья часов (звука специально сгенерированного на синтезаторе). Сегодня Бенни считает, что это одна из лучших песен, которые он и Бьорн написали за все годы АВВА, но он не уверен в том, какая из версий аранжировки подошла бы безошибочно. «Возможно, мы переработали над ней. Мы чувствовали, черт возьми, это отличная песня, и мы обязаны сделать из нее что-то особенное! В конце концов, мы выбрали вариант с очень громко тикающими часами и «усталым» голосом Фриды, который звучит как бы из погреба. Но сейчас, мне думается, если бы мы оставались рассудительными, то выбрали бы простой стиль – вокал плюс аккомпанемент пианино, или гитары, возможно, немного струнных. Песня звучала бы лучше».

Специально для данного делюкс-издания альбома «The Visitors», Бенни составил девяти минутную сборку из альтернативных версий этой песни, озаглавив ее «From a twinkling star to a passing angel». Эта подборка начинается с самой первой демо-версии в исполнении Бьорна, вплоть до моментов, где мы можем услышать синтезатор Бенни и голос Фриды, это очень похоже на то, что мы знаем по окончательному варианту песни. В середине подборки звучит голос Фриды под сопровождение Бенни, который играет на рояле, изменен текст, который озаглавлен «Another morning without you». Также мы услышим диско-аранжировку с уже окончательным вариантом стихов, далее – интерпретацию в виде баллады под аккомпанемент оркестра исполняет Фрида. «Было забавно слепить все это воедино, просто ради того, чтобы показать, каким был процесс создания», - замечает Бенни об этой подборке. «Очень интересно окидывать взглядом весь свой труд, который проделал прежде, чем достичь финального результата, хотя это и не означает, что в конце твой выбор самый верный».

Между записью различных вариантов «Like An Angel Passing Trough My Room» АВВА успела записать полностью несколько новых песен. В начале сентября одной из таких готовых песен стала песня, озаглавленная как «Танго». Этот ритм стал действительно музыкальной основой для композиции, которую все знают как «Head Over Heels». Спела ее Агнета. Хотя в целом аранжировка и исполнение песни для слушателя могут показаться мрачноватыми.

Текст Бьорна повествует о женщине, до умопомрачения увлеченной шопингом, светскими вечеринками, чем она изводит своего несчастного мужа. Подобный сюжет не был подкреплен личным опытом. «Это было обобщение всех тех людей, которые бездумно бросаются сломя голову во что-либо», - объясняет Бьорн. «Во мне сомом присутствуют оба качества. Я привык всегда обдумывать свои действия, однако иногда я поступаю спонтанно, не задумываясь, вовлекаясь во что-либо. Но по большей части я осторожен и предусмотрителен, потому что никогда не знаешь, где можешь оказаться, если пустишь все на самотек».

Следующей песней, которую спела Фрида, стала «I Let The Music Speak», одна из самых любимых песен на альбоме для Бьорна и Бенни. Со множеством гармонических переходов, мелодия обретает как бы симфоническое звучание, становясь на один уровень с «драматическими театрализованными представлениями», как говорит Бенни. В своих стихах Бьорн не только создает плотную эмоциональную коллизию, но и пишет песню о «самом себе». «Это тот метод, который я обычно использую, когда пишу тексты, с помощью которых будет говорить музыка, словно рассказывая мне свою историю. Таким образом, происходит закольцовка. И я до сих пор уверен, что музыка должна говорить. Песня или музыкальный отрывок имеют свой собственный внутренний язык, свою историю. Все тут, ты только должен уловить: «Что же ты хочешь мне рассказать?». Музыка и текст пойдет рука об руку вместе своим путем, только если ты поможешь этому случиться». Строение и драматургия этой песни содержит намеки на ближайшее творческое будущее Бенни и Бьорна после АВВА, когда они, наконец, станут писать мюзиклы, о которых они так давно мечтали.

В середине октября Бьорн и Бенни вернулись в студию для записи еще одной новой песни, в окончательном варианте названной «Soldiers», которую исполнила Агнета. Если ритм танго в «Head Over Heels» определенно имел намерение звучать, как современная песня, то темп вальса в «Soldiers» стал еще большим вызовом. Но, к счастью, игра ударника Пера Линдвалла своим необычным стилем оказалась такой, что каждый мог отличить «Soldiers» от «Голубого Дуная». Что касается текста, то мелодия подсказала Бьорну образ «солдат на марше», хотя он подчеркивает, что он вовсе не имел в виду атаку пехоты. «Я думал о тех людях, которые являются солдатами в своих намерениях, о тех людях, которые на самом деле являются причиной войн и прочих жестокостей и зверств. Это те люди, которые «поют песни, которые ты и я не поем». Диктаторы, подобные Сталину, холодные, лишенные воображения, не нуждающиеся в сочувствии, кто просто марширует вперед и уверены в правильности своего подхода, никогда не сомневаются на этот счет». Написанная в разгар Холодной войны, когда угроза ядерного уничтожения была в умах множества людей, эта песня была действительна актуальна.

Спустя неделю после «Soldiers» были записаны еще две песни. «One of Us», представляющая нам измученный голос Агнеты, была, в конечном счете, выбрана для первого сингла с нового альбома. Возможно, АВВА долго не могли решить, какую же песню взять, чтобы она отражала общий настрой будущего альбома. Но фактически это произошло потому, что другие записи для диска еще не были доведены до конца, и только в середине ноября было решено остановиться на «One of Us», которая была позднее выпущена вместе с самим альбомом, скорее в качестве предвкушения. К слову сказать, Бьорн помнит, что для него не было сомнений в выборе песни для сингла, но у Бенни и менеджера АВВА Стига Андерсона сомнения оставались. «Обычно мы рассылали какое-то количество песен – возможных кандидатов для сингла – нескольким звукозаписывающим компаниям по всему миру, чьим мнениям мы доверяли. И затем уже руководствовались их выбором. И когда в очередной раз пришли результаты, все захотели «One of Us». Ладно, собственно, ее мы и хотели выпустить». Чутье Бьорна не подвело, и этот сингл стал последним большим хитом АВВА по всему миру.

За записью «One of Us» последовал трек, давший заглавие всему альбому: «The Visitors» (Cracking Up). Со зловещим вступлением, внушающим песне нехорошие предчувствия, что только подтверждал раздраженный и тяжелый последующий вокал Фриды. Возможно, эта композиция стала наиболее радикальным уходом от того привычного образа песни АВВА, которое сложилось у слушателей. Несомненно, блестящая группа, которая начала свой путь с «Waterloo» на конкурсе «Евровидения», проделала огромный путь с тех пор. Текст Бьорна имел в виду опасное положение диссидентов в Советском Союзе, которое сложилось к тому времени. Он попытался изобразить, что такое жить в государстве, где гражданам запрещена свобода слова или даже мысли. Представьте себе какую-нибудь квартиру в Москве, где собирались подпольные собрания, но в данный момент обитатель в квартире находится в одиночестве. «Я четко увидел эту комнату, множество книжных полок на стенах… Затем внезапно раздается звонок в дверь, и этот человек понимает: «Черт побери, за мной пришли!». В то же время, Бьорн, в чьих стихах ясно излагались аргументы, но часто были открыты для многих интерпретаций, несколько неохотно был готов объяснить, о чем же собственно эта песня. И прошло более десяти лет, прежде чем он открыл правду. «Это не потому, что я боялся русских шпионов», - объясняет он сегодня. «А потому, что я чувствовал, что так интереснее, если я не скажу, о чем же песня. Я всегда думал, что это было так скучно, когда мы выслушивали все эти политические песни в 70-е годы в Швеции. Тогда каждый был законченный реалист и почти политик. Я хотел сохранить чувство таинственности. Кто же эти «гости»?

«One of Us» и «The Visitors» были завершены, спорная «Like An Angel Passing Trough My Room» была также записана. Еще через неделю после окончательной работы по сведению материала, альбом был полностью завершен, и, к огромному облегчению звукозаписывающих компаний во всем мире, был готов к выпуску в конце ноября 1981 года, как раз к Рождественским распродажам. Представляя слушателям атмосферную и слегка таинственную обложку, снятую на фоне картин художника конца 19-го начала 20-го веков Джулиуса Кронберга в Стокгольмской студии, альбом «The Visitors» достиг № 1 в девяти странах. Однако, его успех был заметно меньше, чем предыдущие долгоиграющие альбомы АВВА. В Великобритании, к примеру, хоть альбом и достиг в чартах первого места, но продержался там только три недели – годом раньше альбом «Super Trouper» был на первом месте девять недель и оказался самым продаваемым альбомом в 1980 году. В Австралии, где раньше замечалось «помешательство на АВВА», «The Visitors» даже не попал в двадцатку.

Для самих же АВВА альбом ознаменовал новый шаг вперед в другом направлении. Но публика, похоже, была к этому не готова, более того, ей не очень-то это понравилось. Еще одним тревожным сигналом стал выход второго, и последнего, международного сингла с этого альбома. «Head Over Heels» вышел в марте 1982 года. Впервые со времен «I Do, I Do, I Do, I Do, I Do» в 1975 году сингл АВВА не попал в десятку хитов Великобритании, и довольствовался 25-м местом. Для АВВА, считавшими британский чарт чем-то вроде индикатора успеха, это был настоящий удар. Вспоминая позднее, ни Бьорн, ни Бенни не были особо рады от выбора «Head Over Heels» в качестве сингла, оба чувствовали, что эта запись еще не до конца реализовала свой потенциал. «Одна из наших рекорд-компаний сама решала, кокой сингл выпустить, и у нас не было права на выбор», - говорит Бенни, хотя Бьорн замечает, что выбирать-то особо было не из чего. В любом случае, с началом 1982 года стало очевидно, что былая энергия АВВА идет на убыль, или скорее, творчество группы стало переходить в другое русло.

По завершению вышедшего альбома полагалось делать перерыв в несколько месяцев перед тем, как начать работу над новым. За это время Бьорн и Бенни (оба женатые во второй раз) стали снова отцами в январе 1982 года, тем самым продлевая время перерыва группы еще больше.

Фрида в это время записывает свой первый, за последние семь лет, сольный альбом «Something‘s Going On» с Филом Коллинзом в качестве продюсера. Агнета использует это время, чтобы провести его со своими детьми. Но самым важным среди всех событий стала встреча Бьорна и Бенни с поэтом Тимом Райсом, которая состоялась в декабре 1981 года. Будучи соавтором на пару с Эндрю Ллойдом Уэббером таких известных постановок, как «Иисус Христос – суперзвезда» и «Эвита», а также являясь в придачу поклонником музыки АВВА, Райс согласился стать партнером для будущего мюзикла Бьорна и Бенни, о написании которого они так мечтали много лет. Ими стали завладевать планы, весьма далекие от творчества в АВВА.

И лишь 3 мая 1982 года группа опять вернулась в студию снова для работы над своим новым, девятым по счету, студийным альбомом. Но месяцем позже, после того, как уже были записаны три трека «You own Me One», «I am The City» и «Just Like That», группа сделала такое, чего она никогда не делала раньше. А именно: они решили выпустить эти три трека, сделать остановку студийной работы, и отложить подготовку над новым альбомом вообще до следующего года. Тем не менее, после летних каникул они записали несколько новых песен, две из которых благополучно вышли в качестве первой стороны сингла, а также были включены в двойной альбом – подборку лучших синглов группы.

«Никто из нас не высказывал этого словами, я уверен, что у нас точно был запас энергии, чтобы продолжать работу, но было что-то уже не так, как раньше», - говорит Бьорн, пытаясь собрать воедино те настроения и мысли, которые витали в группе в то время. «Мы еще не ощущали того особого настроя, и, возможно, это ощущение и решило дальнейшую судьбу группы: продолжать не было смысла. И, конечно, Бенни и я все больше и больше думали о том, чтобы написать мюзикл. И, когда мы работали над написанием песни, нас все время так и «заносило не туда» при сочинении мелодии: «Стоп, а вот это уже не поп!».

В августе 1982 года АВВА снова возвращается в студию, чтобы сделать свою самую последнюю запись. Завершены были три песни: «Cassandra», «The Day Before You Came» и «Under Attack», две из которых будут выпущены позднее в качестве их самых последних синглов. Финальной же песней стала «The Day Before You Came». Первые наброски мелодии для этой песни Бенни начал наигрывать прямо здесь, в студии, на своем синтезаторе Yamaha GX-1. И менее, чем за один час, закончил ее сочинять. На записи песни Бенни доделал оставшуюся часть работы над ней, добавив в качестве аккомпанемента синтезатор и ритм ударных, которые исполнил барабанщик Оке Сандквист. Песню спела Агнета. В тексте мы можем услышать о том, как чередой проходят все рутинные и тоскливые события, которыми заполнена жизнь героини песни ровно за один день до того, как она повстречала своего мужчину. «Мелодия сама задает тон повествованию», - говорит Бьорн, - «Неумолимая монотонность заставляет меня представить эту молодую женщину, живущую безрадостной жизнью и вынужденную снова почувствовать это же самое чувство тоски. Любимый покинул ее, и ее жизнь снова стала такой, каковой была «до того, как она повстречалась с ним». В результате родился шедевр, более чем подходящий для символического завершения эпохи АВВА. Аскетичная аранжировка вкупе с прерывистой партией синтезаторов, со вступлением, исполненным с помощью минимуга, которое Бенни определил, как «немного нервное и угрожающее», создают сильный контраст рядом с грустным повествованием Агнеты, которое не дает скатиться к слюнявой сентиментальности. И хотя сегодня о «The Day Before You Came» часто отзываются, как об одной из самых лучших записей АВВА, на день выхода двух последних синглов группы, казалось, публика еще больше потеряла к ним интерес. И хотя в странах, где АВВА по-прежнему любили, их песни входили в десятку лучших, в Британском чарте положение было хуже некуда: «The Day Before You Came» достигла только 32-го места, а «Under Attack» - всего лишь 26-го.

И как контраст, двойной альбом, по иронии названный «Синглы – первые 10 лет», занял первое место и продержался в тройке лучших 7 недель подряд. Под завязку набитая старыми хитами АВВА пластинка, была гораздо милее слушателям, казалось что публика ничего не желает знать о новых гранях творчества группы. Никакой мрачности, публику устраивал чистый поп. При записи «The Day Before You Came» Бьорн и Бенни попросили Агнету перевоплотиться в героиню песни и спеть ее голосом обыкновенной женщины, о которой шла речь в самой песне. «Это звучало, как голос несчастной женщины», - замечает Бьорн, - «Более того, я думаю. Что если бы сделали ее похожей на «Фернандо» или на что-то другое, или бы попросили Агнету спеть, как она обычно поет, без вхождения в образ и разыгрывания роли, скорее бы всего у нас получился хит. Но в художественном смысле мы сделали верный выбор. Мы хотели, чтобы голос Агнеты звучал «обыденно» для того, чтобы приблизить ощущение реальности происходящего». Бенни добавляет: «мы могли записать эту песню по-другому. Голос Агнеты и самая скромная аранжировка из всех возможных. И это звучало очень хорошо само по себе, создавало некий эффект присутствия. Текст песни был великолепен, за этим действительно стояла идея. Если его просто прочитать, то грусти не возникает совсем, но в музыке заложена действительно правдивая боль. И это есть самое лучшее, что есть в этой песне».

Промоушен синглов и двойного альбома был завершен в декабре 1982 года, и никто не знал, что после всего этого станет с АВВА. В течение нескольких последних месяцев года пресс-релизы и официальные отчеты разнились в оценках ситуации: одни утверждали, что да, группа все еще вместе и собираются выпустить новый альбом в 1983 году, другие говорили – участникам больше не интересно работать вместе. В любом случае, также сообщалось, что Бьорн, Бенни и Тим Райс объединились вместе, чтобы записать мюзикл. А в конце года Polar Music в официальном пресс-релизе сообщила о том что Бьорн и Бенни заняты сочинением мюзикла на продолжительное время, но они также надеются на продолжение работы в АВВА одновременно. А в начале 1983 года планы поменялись снова, когда мужская половина решила всецело посвятить все свое время подготовке к новому мюзиклу в ближайшем обозримом будущем. «Мы не должны быть привязаны только к группе. Нам необходим только длительный перерыв», - констатировала Фрида. «И я верю в то, что мы продолжим работать снова вместе, но не раньше 1985 года. А пока мы заняты каждый своим делом».

Но мюзикл под авторством Андерссон- Райс-Ульвэус отнял на подготовку куда больше времени, чем планировалось, а также подготовка к выпуску пластинки. Премьера мюзикла состоялась в мае 1986 года в лондонском Вест-Энде, и никто из четверки АВВА так и не высказал желания работать дальше вместе. Правда, перед этим слухи о воссоединении группы пронеслись вновь. «Я думаю, этого уже никогда не произойдет», - сказала Агнета в 1985 году в одном из своих интервью. «Мы редко видимся из-за того, что у нас крайне мало совместных дел. Ребята заняты в «Chess», Фрида и я каждая живем своей жизнью». Очень много из того, что вошло в «Chess» было выпущено в конце 1985 года на альбоме шведского дуэта брата и сестры «Gemini», где Бьорн и Бенни исполнили роли авторов и продюсеров. Вследствие чего их дальнейшие достижения в поп-музыке исполнялись уже не АВВА, а «Gemini». Пока Бьорн и Бенни были заняты в «Chess», Фрида и Агнета записали свои сольные альбомы, а в конце 80-х распрощались с шоу-бизнесом. Длительный перерыв АВВА обернулся полным окончанием этой истории.

Когда просишь подытожить всю ту разницу между теми АВВА, когда они только начинали в 1972 году с такими жизнеутверждающими хитами, как «People Need Love», и теми АВВА, которые записали такие, полные различий, композиции, как «The Day Before You Came» 10 лет спустя. Кем были АВВА в начале и кем стали потом. Бенни говорит, что особой разницы не чувствует. «Осталось все то же самое: ты пытаешься написать самую лучшую песню, а потом пытаешься изо всех сил как можно лучше записать ее в студии, и вот у тебя выходит результат. И этот метод всегда был одинаков: и в ранних песнях АВВА, и в поздних, и это дает ощущение, что АВВА всегда были теми же. Но, конечно, не отнять личный рост и развитие группы за более чем 10-ти летний период. За это мастерство оттачивалось и в музыкальном плане, и в поэтическом».

Бьорн прибавляет к общей картине скорее мрачные оттенки: «В начале мы были неуверенной молодой поп-группой, у которой только было сильное желание петь поп-песни и пробиться на этом пути. Та же движущая сила заложена в подавляющем большинстве начинающих поп-групп: ни артистических амбиций, ни правдоподобности, ни простоты. «Черт! Мы сочинили песню, теперь поскорее ее запишем, и, о боже, как же здорово она звучит!». Беззаботно, но с огромными амбициями за спиной. Но потом 10 лет спустя, мы стали теми зрелыми артистами, которые нашли свой путь, чтобы выразить себя и кто серьезно подходит к тому, что они делают. Определенный итог способностей артиста и осознание того огромного пути, что пришлось пройти молодому квартету в самом начале».

И вот это, когда все сказано и сделано, должны быть превосходным достижением для группы, которая никогда не начиналась и никогда не закончится.

Карл Магнус Пальм
ABBA “The Visitors” Deluxe Edition 2012 г.

Перевод Елена Руденко.

Размещено с разрешения автора.  http://www.carlmagnuspalm.com/

icon01

Chess

 НОЧЬ В КОМПЬЕНЕ 

Закулисные признания Мюррея Хэда. 

Автор: Stany Van Wijmeerch. 

Все началось с вопроса водителя такси, который спросил меня о том, кто сегодня выступает в одном известном местечке в Компьене. Так я убедился в том, что имя Мюррэя Хэда все еще популярно во Франции: «А, Мюррей Хэд! Конечно, его здесь все знают!». Все благодаря запоминающемуся хиту, прогремевшему на весь мир, «One Night in Bangkok», который сочинили Бенни и Бьорн, вне своей работы в АВВА. 

Мюррей Хэд – первый исполнитель роли Фредди Трампера в записи мюзикла «Chess» в постановке Вест-Энда в 1986 году. Он - один из наиболее многогранных артистов Франции, которые всегда эксплуатируют свой талант самым разнообразным образом, будь то сфера театра, кино, телевидения и, конечно, музыки, в качестве певца и композитора. 

Журнал «Intermezzo» встретился с Мюрреем Хэдом за кулисами в Компьене, во время одного из последних своих турне и обнаружилось, что это очень экспрессивный и страстный артист, который ради нас согласился покопаться в прошлом! С самого начала интервью, Мюррей был уже полностью подготовился для предстоящего выступления, которое должно было вот-вот начаться после нашей беседы. 


ПЕРСОНА ВО ФРАНЦИИ 

Intermezzo: за последнее время, кажется, что Вы снова стали в центре внимания и Ваша музыкальная карьера на подъеме, после периода, посвященного в основном кино и телевидению. 

Мюррей Хэд: (смеется) Все течет, все меняется. Но мне не дано что-либо решать. Я всего лишь следую за… (говорит, растягивая слово «следую»). Я ведь отказался от очень немногих вещей в моей жизни. Большинство поступающих мне предложений очень хорошо уживается с моим расписанием и планами: фильм - здесь, концерт – там, тур – здесь, телешоу – там. Возможно, это происходит из-за того, что кто-нибудь, скажем, увидел какую-то отдельную сцену из фильма, которая ему понравилась. И так по цепочке, раз от раза сохраняется череда предложений в работе. 

Intermezzo: насколько много значит для Вас Франция? 

Мюррей Хэд: я люблю это еду, я люблю эту страну, я люблю этих людей. Я люблю все, что с этим связано. Я купил во Франции дом, в юности я обучался во французской школе. Впервые я начал делать свои выступления во Франции и в Канаде. И я вправду не обеспокоен тем, чтобы искать чего-то большего. 

Intermezzo: насколько трудно было поддерживать успешной Вашу карьеру на протяжении всех этих лет?

Мюррей Хэд: трудность всегда одна и та же. Все больше и больше мы постигаем понятие знаменитой персоны, знаменитости, которое есть… Я действительно не знаю, как это лучше объяснить. Теперь совсем другие люди ходят в знаменитостях, а я - часть старого мира. Мне думается, что первым человеком, которому удалось изменить в корне понятие знаменитой личности, стала Мадонна. Она вполне хороша в том, что она делала, но ее талант являлся лишь одной из сторон ее амбиций. В результате на тот момент целое поколение стало одержимо идеей стать знаменитостью. Телевидение приспособили быть своеобразной шкалой для немедленного определения подобных вещей. Но по объективным причинам, самому телевидению на это наплевать. Поэтому все оборачивается знаменитостями по принципу «халиф на час». 

Я не думаю, что это подвинуло каким-то образом вперед поколение ди-джеев, имена которых вообще сократились до инициалов. Но я должен быть очень осторожен, когда говорю о ди-джеях, ведь сын моей подруги – ди-джей (и также она сидит рядом во время нашего интервью – ред.). И он очень хороший ди-джей. 

Тем не менее, я обнаружил, что вмешательство в музыку вполне свершилось. Взять хотя бы все эти сэмплы и заимствования из старой музыки, с последующим вживлением их в танцевальный трек, это ведь совсем не то же самое, что написать и выпустить самому свою песню. Но я могу говорить только исходя из того, что знаю во Франции, поскольку мне интересна музыка только этой страны. 


ОПЫТ «CHESS» 

Intermezzo: давайте сделаем шаг назад, что Вы помните об эпохе «Chess»? 

Мюррей Хэд: все это пришло в мою жизнь в нужное время. Это стало моим жребием, моей судьбой, если хотите. Мы совершали мини-тур с АВВА (The Chess in concert - тур – ред.). Для меня эти концерты были просто чем-то невероятным. Это был отличный способ открыть музыку и мюзикл, который в действительности никогда не признавался у себя на родине или, по крайней мере, был принят не так, как хотелось бы. Это был весьма сложная вещь предмет для постановки такого рода. 

У нас было несколько вариантов, мы очень усердно работали как исполнители. Пришлось прибегнуть к таланту Тима и АВВА. Это был своеобразный вызов – создать развлекательное произведение на шахматную тему, да такое, чтобы оно явилось формой выражения всех творческих возможностей и всего внутреннего потенциала, как исполнителя, какую только можно найти. 

Тиму посчастливилось быть свидетелем самых ярких шахматных баталий. Он видел Спасского в Рейкьявике. На то время выдался самый пик холодной войны. Традиционный дуализм между Россией и Америкой находился на своей наивысшей точке и, следовательно, журналисты, освещавшие данное событие были, естественно, очень возбуждены и весьма эмоциональны. Тиму удалось уловить нечто особенное в движениях игроков, сидящих друг против друга, (Мюррей Хэд имитирует движения шахматистов), в той на экзальтированной атмосфере, которая витала в зале на пресс-конференции. И тогда Тим решил создать историю обо всем этом. 

Intermezzo: как Вы познакомились с Бенни и Бьорном? 

Мюррей Хэд: это произошло благодаря одному другу-агенту моего брата, который учился с ними в одной школе. Он увидел, что я работаю по Франции со своим коллективом и сказал: «О, да!» (смеется). Ну, ладно, ладно, Томас Юханссон, тур-менеджер АВВА, поведал этому другу-агенту моего брата: «Мы подыскиваем кого-нибудь для исполнения рок-песен в том самом предстоящем мюзикле, не хочешь ли поучаствовать?». Томас Юханссон и АВВА прослушали целую груду записей, и, в конце концов, выбрали меня. Дальше – больше. 

Так вышло, что в то время я вступал в Лондоне. Мы пригласили АВВА, Тим и Элен, чтобы они посмотрели наш концерт в Доминиуме. И им понравилось то, что они увидели. Сказали, что очень здорово было не только послушать меня в записи на пленке, но и вживую. Видимо они почувствовали, что моя персона им подходит, для того, что они искали, нечто среднее между Бобби Фишером и Джоном МакЭнроем. Вот так все и началось и оттуда все пошло. Это было невероятным удовольствием для меня. Во-первых, я преуспел на пару с уважаемым мной Томми Чебергом, и нам удалось многое сделать вместе. Я не знаю, где и как он теперь… 

Intermezzo: Кстати, сейчас он постоянно выступает с оркестром Бенни, который в основном играет фолк-музыку. Уже много лет подряд они совершают летние мини-туры. 

Мюррей Хэд: вот как! Если после чего-то, подобному Chess, ты продолжаешь работать, то это очень и очень важно. Мне бы хотелось сделать что-нибудь другое по сути, отличное от того, что мы делали во времена Chess. 

Intermezzo: какие ваши самые любимые, самые запоминающиеся моменты, связанные в Chess? 

Мюррей Хэд: Я помню, как был невероятно растроган «легковесной» лирикой Бьорна. Той лирикой, которая впоследствии стала «Pity the Child» - серьезной песней. Ему предстояло написать текст Тиму, но в его собственных стихах он вел речь Дрезденском Своде, и это напомнило мне одно из мрачных моментов в истории Англии. Когда разбомбили Дрезден, возможно, это было одной из наихудших вещей, которые когда-либо совершали люди, если взять в сравнении с другими странами, которым выпала более или менее счастливая участь в этой войне. Было что-то невероятно трогательное в том, что он написал. Сегодня я уже не могу вспомнить дословного содержания, но это очень задело меня тогда, очень. И так легко это было исполнять. В окончательном варианте песня обернулась чем-то вроде психотерапевтического сеанса в стиле «душа – наизнанку», где я выдал все, что только мог, когда мне пришлось это петь. В том, что написал Тим, было много такого, с чем я легко мог отождествить себя, но в данном случае я будто совершил виток назад в стадию эмбриона! Я вернулся назад в свое детство, чтобы эмоционально наполнить эту песню. Это стало душой и сердцем моей собственной истории. Это очень личная вещь, чтобы нравиться или не нравиться, но это также и прекрасная песня. Бенни сделал себя сам, подобно тому, о чем говориться в этой песне, также как и Бьорн. 


ЗАПИСЬ В ШВЕЦИИ 

Intermezzo: какой наиболее отличительной чертой для Вас обладал метод сочинительства, которым пользовались Бенни и Бьорн? 

Мюррей Хэд: Бенни как-то сказал мне: «Помнишь песню Джона Себастьяна «Summer in the City» со словами (поет): та-да-да-да … Бангкок?» Он, по-видимому, использовал часть этой песни для текста своего «Бангкока». Присутствовали также другие моменты, в которых я мог заметить, откуда они взялись. Это было забавно, но я не думаю, что они сделали это намерено. Сдается мне, что они достаточно честны. И я не думаю, что эти двое решили между собой: «это мы возьмем отсюда, а это – оттуда». Скорее всего, это был своеобразный отзвук того, что они уже слышали ранее. Потому, что Швеция очень удивительная страна. Она удивительна своими культурными пересечениями. Как только я приехал в Швецию, первым делом я отправился на поиски музыкального магазина звукозаписи. Я прямиком отправился туда и без труда отыскал, что мне было нужно. В Швеции вам несложно найти совсем свежую музыку, но когда вы бросаете взгляд на все остальное, то спрашиваете себя: «А где же вот это? И вот этого тоже нет. И еще недостает вот этих вещей!». В то же самое время можно обнаружить огромное влияние немецкой волны, где в основном доминируют шлягеры, и которые на тот момент были не особо актуальны. У шведского радио тогда было 3 часа на джаз, 3 часа на классику, 3 часа на популярную музыку и т.д. Это был обдуманный культурный показ всех направлений, не акцентированный на чем-то одном. Я думаю, что это шло на пользу молодому поколению, это помогало направлять творчество и становиться настоящими авторами музыки. Мне думается, что в Швеции просто огромное количество прекрасного материала, а АВВА в каком-то смысле задала целое направление. Потому, что они были уверены в своем успехе, и это сработало, и люди сказали себе: «У них получилось, и у нас тоже получиться». Так и вышло. 

Intermezzo: какой была атмосфера в студии с Бенни и Бьорном? 

Мюррей Хэд: Я прекрасно проводил с ними время. Я наслаждался. Я влюбился в студию Полар. Хотя работа была тяжелой и утомительной. Я научился немного говорить по-шведски. Узнал о Швеции. Но я не мог так много пить, как они. А пили они много (смеется). 

Intermezzo: но не за работой, я надеюсь. 

Мюррей Хэд: Нет, нет, нет! Когда они работали, то были очень сосредоточенны. 

Intermezzo: каково было сотрудничать с Бенни и Бьорном на практике? 

Мюррей Хэд: У Бенни очень мрачное чувство юмора. У Бьорна оно чуть-чуть светлее, но, по правде говоря, он шутить более смешно. Оба они очень славные ребята. Они ни на кого не похожи. Музыкальное сопровождение Бенни в основном строиться на аккордеоне. И оно всегда интересно. Он смешивает между собой все виды классической и народной музыки. Мне понравился его сольный альбом для аккордеона. Я был очень удивлен его смелостью, что он решился записать такой альбом. Конечно, он мог себе такое позволить, и он сделал этот прекрасный альбом. 

Я думаю, что они оба были очень смелыми. Потому, что это очень смело – вот так придти и предложить Тиму сделать такой неординарный проект. Это, несомненно, принесло успешные плоды. Это позволило принять в команду Джуди Крамер, которая может с успехом переработать абсолютно все и в результате получиться единое полотно из песен АВВА, которое разойдется впоследствии золотыми и платиновыми тиражами. Причем некто наперед не знает, будет ли это иметь успех у следующего поколения слушателей или нет. Джуди проделала подобное с Mamma Mia! Теперь АВВА увековечены на веки вечные, теперь они во всей Вселенной, подобно The Beatles. Ну не здорово ли! 

Intermezzo: Недавно творчество АВВА было отмечено чествованием по многим поводам. В 2010 году их ввели в Зал Славы Рок-н-ролла. В 2009 году состоялся большой концерт в их честь в Лондоне, организованный ВВС. Вы слышали об этих событиях? 

Мюррей Хэд: Слышал об этом, когда они были на подготовительной стадии, но сам непосредственно не принимал участия. Я слышал, что требовалось набрать еще большее количество знаменитостей. Как я объяснял ранее, в наши дни повсюду знаменитости, но не личности. 

Откровенно говоря, я видел версию «Бангкока» в исполнении Марти Пиллоу(Marti Pellow) на YouTube, и это было ужасно. Он так отчаянно пытался интерпретировать текст. К тому же я нахожу его самодовольным. 


ФРЕДДИ ТРАМПЕР ПРОТИВ ИУДЫ 

Intermezzo: Вы дважды сотрудничали с Тимом Райсом и создали два классических персонажа мюзикла вместе с ним: это Иуда из «Иисус Христос – суперзвезда» и Фредди Трампер в «Шахматах». Как можно сравнить эти два опыта? 

Мюррей Хэд: Работа с Chess была более приятной, чем то, что делали с Тимом и Эндрю в «Суперзвезде». Мы записали альбом «Суперзвезды», но его сняли с продаж. К тому же в Америке из-за американской актерской справедливости мне не позволили сыграть роль, которую я исполнял на записи. Вот так это и происходило! Это было похоже на прерванный половой акт. Я был как: «Да, да, я готов!», а они: «Увы! Уже другой за вас поет!». 

Intermezzo: вы так убедительно спели партию Иуды на записи, должно быть это было крайне тяжело? 

Мюррей Хэд: Вообще-то да, Вы правы. Самое главное то, что мне позволили выразить себя так, как сне хотелось. Они и взяли меня за то, каким я был, и я смог что-то высказать с помощью этой роли. С другой стороны, скажу я Вам, одна из самых страшных вещей в мире – это когда ты играешь роль, показываешь всего себя, свое видение роли, интерпретируешь ее, а потом приходит кто-то после тебя, типа Карла Андерсона (он исполнял роль Иуды в Бродвейской постановке и в версии фильма – ред.). И этот кто-то безбожно копирует тебя вздох за вздохом, слово за словом, придыхание за придыханием. И ты думаешь: «Боже ты мой, я уже не оригинальный исполнитель! Как могло произойти подобное?». Это очень трудно принять. 

Intermezzo: согласны ли Вы, что эти два мюзикла очень четко отражают то время, когда они были созданы? 

Мюррей Хэд: концепция для Chess была актуальна, она была узнаваема, и ты понимал ее, но со временем идея исчерпала себя для того, чтобы ставить этот мюзикл на протяжении долгого времени. И в результате он оказался, что называется, ни здесь, ни там. Теперь он представляет интерес в плане показа того отрезка времени, что мы все называем Холодной войной, периода, который теперь мы можем осмыслить в высоты лет. А тогда, в восьмидесятые, это было очень свежо. Тогда мы не могли в полной мере понять всего этого. И это стыдно. 

Что же касается «Суперзвезды», то, скажем, англичан он не заинтересовал. В Америке ситуация была прямо противоположной. Американская церковь с таким рвением была за что-то новое, за новый взгляд на известную историю. И был успех. Но однажды случилось такое, что один рекламный деятель решил поставить «Суперзвезду» прямо в церкви. Я даже не уверен, собирался ли он найти людей для выступления на самом деле. Может просто решил поставить запись. Но он в первую очередь приглашает подходящих представителей прессы посмотреть спектакль. В любом случае Time поместит «Суперзвезду» на своей обложке, что впоследствии и было. Отсюда все и пошло. Кто знает, может быть, я являюсь частью этого успеха! 

БАНГКОКСКИЙ ОПЫТ

Intermezzo: насколько важную роль сыграла «One Night in Bangkok» в Вашей карьере?

Мюррей Хэд: О, это очень смешанное благословение. С одной стороны это обеспечило меня работой. Музыка из мюзикла хорошо продавалась, но не сам мюзикл. Из-за того, что в мюзикле все чрезвычайным образом по-другому. Мюзикл и музыка из него как бы отделились друг от друга, каждое из них стало успешным в качестве отдельного произведения! (многие сцены были изданы отдельно на синглах - прим. ред.). Со своей отдельной друг от друга судьбой. Мюзикл отражает 80-е годы гораздо лучше, чем одна отдельно взятая песня из шоу хитов. А вообще все было так запутанно и сложно. Что касается меня, то я старался создавать такую музыку, которую Вам бы хотелось слушать еще и еще. И если сравнивать ее с чем-то, то она первоначально похожа на Cat Stevens, ориентирована на акустическую гитару. Большим хитом, который я записал в подобном ключе, стала «Say it aint’ so, Joe», в которой говорилось об Америке и ее руководящей роли, а вышла она в 1975 году. Диско-хит «Бангкок» полностью противоречил всему тому, что я делал до этого. И данный факт смутил моих фанатов.

Intermezzo: Вы помните, когда Вы впервые выпустили песню, ставшую хитом в США?

Мюррей Хэд: Из всех релизов, которые ожидались на этой территории, «Бангкок» стал хитом. Также и в Англии, Англия всегда была несколько странной относительно подобного материала, все, что связано с мюзиклами, здесь не идет. Есть одна забавная история с этой песней, которая произошла в Америке. Когда фирма RCA выпускала «Бангкок» в качестве сингла, они мне так и сказали: «(имитирует гнусавый американский акцент исполнительного продюсера) Что это такое? Что это за жанр? Ни то, ни се, ни даже R’n’B. Ах, мюзикл! И что мы будем с этим делать?». В результате сингл пробыл в продаже 9 недель, а потом они сняли его. В это же самое время одна девушка по имени Робин с помощью французского продюсера сделала очень упрощенную версию этой песни, без вступления, без вообще какой-либо особой работы, какую проделали мы, записывая эту песню. Просто ударные и бас – вот и весь «Бангкок». В таком виде песня заново появилась в танц-клубах, и продажи от нее росли, росли и росли. И RCA были вынуждены сделать релиз оригинальной версии «Бангкока» заново. И мы снова появились в чартах. Робин достигла 9-го места, а затем мы обогнали ее. Ее версия песни потихоньку сошла на нет, а оригинальная наоборот - набирала вес. Правда, достигла всего третьего места, видимо, из-за того, что народ уже накупился дисками с нашей песней.
Так всегда случается, как это по-французски: «a curiosite», странное стечение обстоятельств, и это не беря в расчет, что в «Бангкоке» одним из первых звучит рэп, да, рэп в исполнении белых! Это самая настоящая важная веха в музыке, но вокруг песни всегда происходило что-нибудь странное и непонятное.

Intermezzo: насколько активно Вам пришлось вести промоутерскую деятельность, связанную с «Бангкоком»?

Мюррей Хэд: все произошло не в то время. Если, скажем, у тебя есть хит, то это дает возможность побывать в разных странах, открыть для себя новые культуры, посмотреть, какая музыка продается в их музыкальных магазинах, узнать, какую музыку они слушают. Быть ближе к людям, узнавать, исполнение каких песен им могло бы больше понравиться, или что можно сыграть вживую. Это всегда должен быть диалог. Мы тогда пребывали в той части музыкального развития, когда видеоклип исполнителя становился его паспортом. К тому же у меня была довольно затруднительная ситуация. Я заключил договор с Virgin Records и ради того, чтобы иметь возможность выступать с Тимом и АВВА, я должен был отдавать треть своего авторского гонорара Virgin. И это просто ради возможности петь на RCA Records!
Насколько сотрудники RCA связаны между собой, настолько я был для них не их артист. Меня просто пригласили для записи альбома. Поэтому у меня не было промоушена. На Virgin также не собирались поддерживать меня, и поэтому тоже не обеспечивали промоушеном, мотивируя это тем, что я работал не на их лейбл в этой записи. В этом смысле произошло крупное противоречие между двух мэйджоров. Вместо того чтобы ездить из страны в страну, исполняя материал, RCA просто разослало всем видеоклип. Фактически я оказался вне всего этого целых три года, и дал только три интервью с американцами по телефону, за которые мне пришлось, ко всему прочему заплатить свои деньги! Поэтому я и сказал, что «Бангкок» это смешенное благословение. Это был кисло-сладкий опыт.

Intermezzo: вы до сих пор исполняете эту песню на своих концертах?

Мюррей Хэд: мне нравиться делать это и сегодня потому, что ее хорошо принимает публика. Забавно то, что в оригинале мы просто воспроизводили ранее записанное сопровождение, теперь же его исполняет оркестр. Ныне это очень модно. К тому же это придает звучанию новые оттенки. У меня нет проблем с вокалом, и мне доставляет удовольствие исполнять эту песню сольно, в общем, это и есть то, к чему я обычно привык. К тому же песню, что не удивительно, постоянно пробуют использовать в своих сэмплах другие (например, Vinge Shakerz – ред.). Вот и сейчас выходит версия Марка Найта под названием … (спрашивает название у своей подруги) «Дьявольская походка». Они просто взяли один единственный мотив из песни. Но опять-таки я сторонник того, чтобы, прежде всего, думать, если списываешь откуда-нибудь. Я имею успех в той стране, где о музыке забывают с такой же легкостью, как и обо всем остальном. Такова Франция! Здесь прислушиваются только к поэзии, к стихам. Такова эта страна. Так почему же здесь так много англо-саксонской музыки? Это происходит потому, что когда людям надоедает слушать одни стихи, они просто начинают слушать музыку. «Бангкока» ли, или «Say it aint’ so».
Они не вслушиваются в текст. У меня такая есть догадка: где-то 75-80% людей слушающих и танцующих под «Бангкок» даже понятия не имеют, что это за музыка и откуда она взялась.

Intermezzo: Вы помните то телевизионное выступление с «Бангкоком» в Германии вместе с Бенни, Бьорном и Фридой в качестве бэк-вокала (выступление показывали во время немецкого ТВ-шоу Na Sawas, в ноябре 1984 года)?

Мюррей Хэд: Это было во Франкфурте, когда мы давали концерт? Я не могу точно вспомнить. Мне бы очень хотелось найти запись версии «Pity the Child», которую мы сделали с моим оркестром тогда. Однажды мне приходилось видеть ее на YouTube, и это было одним из лучших, что мне приходилось видеть. Это была запись с концерта.

Intermezzo: возможно читатели нашего журнала помогут Вам в поисках этой записи.

Мюррей Хэд: о, это было бы здорово!

Во время своего концерта Мюррей доказал, насколько он наполненный энергетикой артист. Он преподносил публике миксы из мелодий, ритмичные песни, часто с предисловиями и политически настроенными темами. Все было преподнесено с естественной убедительностью при помощи превосходного живого оркестра. Как первоклассный артист, он очень хорошо контактировал с публикой. И я вполне уверен, что среди нее было изрядное количество фанатов АВВА.

Гвоздем программы был другой большой хит Мюррея «Say it aint’ so», а также популярная «Corporation Corridors» и баллада «Mademoiselle». Поклонникам, решившим сходить на концерт Мюррея, надо иметь в виду, что им придется остаться до самого конца, ведь «Бангкок» он исполняет в основном только на «бис»! Именно для этого концерта Мюррей не был уверен, сгодиться ли «Бангкок» для такой скорее интимной атмосферы того места, где ему необходимо было выступать. К счастью, мне удалось склонить его настрой во время предшествующего интервью. И к лучшему: с самых первых нот песни аудитория просто взревела от восторга. Мюррей даже прыгнул в толпу зрителей во время исполнения песни, пожимал им руки и даже принял бокал вина от фаната! С энергичной поддержкой оркестра песня была радушно принята публикой. В завершении вечера Мюррей спел «Je suis venu te dire que je m’en vais» Сержа Гинзбура. Подходящая концовка для памятного концерта от истинного артиста!

Интервью из журнала ABBA Intermezzo No. 62  http://abba-intermezzo.de/ehome.htm

Перевод Елена Руденко (г. Волгоград).
icon01

Бенни Андерссон. О Москве и о себе сегодня.

Бенни Андерссон дал интервью радиостанции Р2 Radio’s Musikmagasinet, приуроченного к премьере в июне 2011 года 27-го сезона и началу выпуска серий под названием «Стокгольм – Москва». Данный сериал посвящён изучению российской, а также времен Советского Союза, драматической истории посредством музыкальных произведений. Ведущие программы – Антон Хультберг Хансен и Элла Петерссон. Первый выпуск посвящен исследованию отношений с исторической точки зрения между властью и музыкой. В дополнение к интереснейшим воспоминаниям Бенни о том времени, в передаче приняли участие бывший иностранный корреспондент Малкольм Дикселюс, а также музыкальный критик Артемий Троицкий, музыковед Курт Карлссон и оперная певица Мария Фонтош.

Алла Пугачева – поп-звезда номер один в Советском Союзе (звучит песня в исполнении Аллы Пугачевой).
Бенни: она приехала на красном «Мерседесе», закутанная в белый мех, и это в Советском Союзе, ничего себе… я подумал, вполне приятная личность, эдакая счастливая девушка. Она пригласила нас отобедать по-русски, что на самом деле оказалось чем-то невероятным. Стол был уставлен тысячей блюд, о названии которых ты даже и не слышал. Всё шло очень здорово, она была с нами весьма дружелюбна, наслаждалась общением с нами, мне думается.

Подпись к фото на этой странице: фото из личного архива Бенни, где он с Аллой Пугачевой в 1983 году. На заднем плане фото можно также рассмотреть стоящую у окна Агнету Фэльтскуг (на самом дел на фото не Агнета Фэльтскуг а очень на неё похожая шведская журналистка Stina Dabrowski - прим. ред.). 

Причиной приезда в 1983 году в Москву стало то, что мы начали работу над мюзиклом «Шахматы», и нам тогда захотелось проникнуться духом и атмосферой Советского Союза. Так мы и приехали: Бьорн Ульвэус, Тим Райс и я со своей женой Моной.
Представьте себе, что вы летите над Финляндией, это не занимает много по времени, да и вид сверху один и тот же. Если вы приземляетесь в Арланде, вас окружают леса, хвойные леса, и это очень похоже на то, если вы приземлитесь в Москве. И Якоб Далин, я не знал его, связался со мной, как только узнал, что мы собираемся в Москву, посоветовал связаться с женщиной по имени Марианн Хультберг, которая работает атташе по культуре в шведском посольстве. И она позаботиться о нас по приезде.
Во-первых, мы не знали языка; во-вторых, мы ничего не знали о Москве. Мы посетили Большой Театр, посмотрели там «Щелкунчика» (Пётр Ильич Чайковский - один из любимых композиторов Бенни Андерссона - прим. ред). Сходили на несколько модных показов, побывали на хоккейном матче ЧССР – Москва. И это было потрясающе тем, что на хоккейной арене стояла тишина! Видели бы матчи у нас здесь, где все орут «ура!» и смеются, а тут – тишина… Изредка жидкие аплодисменты, а потом опять тишина.
Мы смогли посетить несколько церквей, которых официально не существовало. Это было одним из самых удивительных путешествий, которые мне довелось совершить.
Когда мы приехали в Москву, стояла зима. Мы отправились на Красную площадь. И там мало-помалу меня и Мону стали окружать люди. Мы подумали: «В чем дело?». Но люди стали узнавать меня, и мне это было удивительно, ведь я и помыслить не мог, что имя АВВА было просто обиходным выражением в Советском Союзе, или, на худой конец в Москве. Это было для меня настоящим сюрпризом. Кто-то сказал нам, что однажды по телевизору показали «АВВА –The Movie» только для того, чтобы удержать людей от похода в церковь на праздники (сей фильм не показывался по ТВ в СССР. Он демонстрировался в кинотеатрах Советского Союза. Впервые по российском телевидению фильм был показан 4-го января 1998 года. – прим. ред.).



Малкольм Дюкселюс: Швеция была всегда популярна в Советском Союзе. У властей ничего не было против Швеции, таким образом, это было время АВВА. Это стало возможным благодаря распространению тогда в России записей АВВА на кассетах, хотя у подавляющего числа людей это были пиратские копии. Советские люди также слушали передачи по Радио Швеции об АВВА на русском языке. Они ловили каждую мелочь об АВВА. Да, они знали очень многое о личной жизни участников АВВА, о том, как они живут, о том, что группа на грани распада и тому подобное. Просто удивительно! (на сомом деле мало кто слушал Радио Швеция - русскую редакцию и о истории группы и о личной жизни участников квартета было очень мало известно - прим. ред.)

Бенни: я знаю, мы продали некоторое количество записей. Что-то около 300 тысяч распроданных пластинок в 1979 году. Затем мы, то есть Polar, получили в качестве оплаты за диски нефть! В любом случае, это было интереснейшим опытом, чувствовать, что тебя узнают на улице в Советском Союзе (по воспоминаниям Марианн Хультберг, её попросили сопровождать Бьёрна Тима и Бенни в прогулках по Москве, было очень приятно с ними ходить, ибо их узнавали на улицах Москвы (1983 год) - прим. ред.) Тим Райс присоединился к нам в 1982 году. За несколько лет до этого я подумывал о том, что было бы интересно написать какое-нибудь более сложное по форме произведение, чем четырехминутная поп-песня. Возможно, мюзикл. И затем приехал Тим и встретился со мной и Бьорном, выразил желание поработать сообща. Мне думается, что он просто устал от совместного творчества с Эндрю Ллойдом Уэббером. У Тима была пара идей на счет сюжета. Одна про Короля Сола на библейский сюжет, другая – про шахматы. «Шахматы?», - сказали мы. Это было совершенно невозможно – написать мюзикл про шахматы.
Так о чем же, собственно, «Шахматы»?
Бенни: хороший вопрос! Что до меня, так это история любви. Это всё присутствует в музыке. Вы не можете написать мюзикл непосредственно о шахматной доске, это попросту невозможно. Вам нужны чувства, которые окружают предмет. Это история об одной женщине по имени Флоренс, которая была ассистентом американского шахматиста. Затем она влюбляется в русского шахматиста, который решает остаться на Западе во время одного из шахматных состязаний, но из этого ничего хорошего не выходит, таким образом, он должен вернуться назад.
Мы уже слышали рассказ о том, как Алла Пугачева приехала на красном «Мерседесе» и пригласила Бьорна и Бенни на обед по-русски. Затем она спела, подыгрывая себе на рояле, что стоял у нее дома. У Бенни возникла идея: возможно, она сыграет роль Светланы?
Бенни: она вполне сгодилась бы на роль, может быть, она и вправду сыграет жену русского шахматиста? Да, ей хотелось это сделать.

То, что советская звезда сыграет жену русского шахматиста – отщепенца в мюзикле о Холодной войне, это было уже слишком для руководителей Кремля.

Бенни: к сожалению, ничего из этого не вышло. Выезжать из страны ей никто бы не разрешил. Но мы на самом деле хотели, чтобы она сыграла эту роль.

Малкольм Дюкселюс: на одной старой записи с Советского ТВ, которую мы видели в сети, можно наблюдать Аллу Пугачеву, стоящую возле рояля, на котором играете вы, Якоб Далин был ведущим (эта запись - съёмка программы "Лестница Якоба в гостях у "Утренней почты" проходившая в телестудии "Останкино" в конце марта 1987 год. Данная запись вышла в эфир центрального телевидения в ночь с 18 на 19 апреля 1987 года. Пасха. Нужно было отвлечь от церковного праздника, и от крестного хода, как можно больше граждан, потому эта программа и вышла так поздно. - прим. ред.). И как она немного забеспокоилась, когда вы попросили спеть ее «I know him so well» (данный момент не попал в эфир советского ТВ - прим. ред.). Как считаете, её участие в «Шахматах» могло каким-то образом отразиться на её карьере?
Бенни: для неё это было бы многим, получи она эту роль, возможность работать за границей. Забавно… Но, к сожалению, этого не произошло.
Малкольм Дюкселюс: очевидно, что ей не разрешили участвовать из-за того, что «Шахматы» были частью Холодной войны, даже несмотря на то, что мюзикл проводил некий мост посреди этой войны. Но не в глазах Советского Союза. Вы должны быть либо за, либо против. Либо черное, либо белое, просто как на шахматной доске! (никто тогда не знал о сюжете поп-оперы "Шахматы". Надо полагать просто боялись какой-либо потенциальной возможности остаться за рубежом Советского Союза известной певицы - прим. ред.).




Бенни Андерссон дал множество интервью шведской прессе в июне и июле 2011 года, в связи с выходом нового диска ВАО «O klang och jubeltid», и все по случаю 10-летия ансамбля.
10 июня газета «Hallandsposten» опубликовала статью. В ней Бенни рассказал, что удивлен тем, что оркестр существует уже 10 лет, и, мало того, лично для него это существование становиться с каждым годом важнее.

Бенни: ВАО родился как отдушина. 10 лет это огромный срок! Этот ансамбль на самом деле то, чем я сейчас занят. Написание музыки отнимает времени больше. Играть вместе с другими – это превосходит все!

Он также прокомментировал сегодняшнюю поп-музыку.
Бенни: прошло много времени с тех пор, как я перестал слушать поп-музыку. Я перестал делать это с того самого времени, когда в музыку пришел компьютер, и уже не составляло труда сделать хороший звук или бас.

О Леди Гаге.
Бенни: я знаю, что она выглядит очень броско и ярко, но я понятия не имею, что происходит в современном мире.

О своих 15-ти музыкантах из оркестра.
Бенни: пытаться удержать их вместе – довольно трудная задача. Ведь мы собрались изначально в ансамбль забавы ради.

О АВВА.
Бенни: преимущество моего положения в том, что ты можешь, по сути, делать то, что пожелаешь. Но только не воскрешать АВВА вновь. Так же и для остальных из четверки. Но просьбы идут и по сей день. Это просто смешно!

О своем досуге.
Бенни: я делаю те же вещи, что делают обычные люди в свое свободное время – я расслабляюсь. И получаю от этого удовольствие.
Во время интервью Торбьерну Берменгу, опубликованному 16 июня в «Allehande», Бенни вспомнил поездку в Ornskoldsvik, когда он был участником «Hep stars».

Бенни: я помню Ornskoldsvik очень хорошо, потому, что это было во время того, как Свен Хэдлунд сломал себе ногу в 60-е, в тот момент, когда он захотел спрыгнуть прямо со сцены в народном парке в наш тур-автобус.
Мы провели много ночей в Staff (местный отель). Город имеет хорошее расположение, если вам вздумается отправиться на экскурсию. Путешествие автобусом немного хаотично, но поездка на север доставляет удовольствие.

О «Beach Boys», группе, которую он просто обожает.
Бенни: когда «Beach Boys» приехали в Стокгольм в 1981 году, кто-то из группы посетил нашу студию, в результате Майк Лав несколькими годами позже записали для себя версию «On and one and on». И еще я был дома у Брайана Вилсона.
Бенни также рассказал несколько старых историй из 60-х годов, когда играл в «Hep stars», о концерте с британской группой Dee Jays в Сандсвалл спортс холл, который завершился потасовкой на сцене.


22 июля Бенни дал интервью радио Р4 Gavleborg (Гэвлебург), перед вторым выступлением в Jarvso, на которое пришло около 6 тысяч человек. Вот некоторые выдержки:
- Вы празднуете 10-летие оркестра ВАО, что вы чувствуете?

Бенни: это потрясающе! Время пролетело, как один миг. Мы были в Jarvso,12-14 лет назад с «Урса Спелмен». Я не знаю, когда точно это было. Мы играли на Halsingehambon, это такой большой фестиваль народного танца, основанный на одной старой легенде. Было очень интересно вернуться сюда снова.
- Что повлияло на ваше сегодняшнее творчество, как много от песен АВВА сохранилось и сегодняшних мелодиях для ВАО?

Бенни: да, иногда частица АВВА явно прослушивается, и вы можете заметить это. В последние годы я написал несколько песен, которые можно охарактеризовать, как более-менее поп-песни, к примеру, «En Dag i Sander» с последнего альбома. Что касается АВВА, не знаю, мне кажется, что эти песни больше, чем только популярная музыка, ведь они охватывают все жанры. В моем возрасте можно позволить себе делать все, что ты хочешь, и с этой точки зрения ты просто должен попробовать это сделать.
- Да, а каково это чувствовать, что ты можешь делать все, что хочется?

Бенни: это здорово. Желаю почувствовать это каждому.
- Как вы думаете, та музыка, которую вы пишете, сразу становиться народной?

Бенни: я не знаю, происходит ли подобное. И если да, то у меня нет точного ответа на этот вопрос. Я действительно не знаю. Я счастлив и благодарен людям, что они приходят и слушают наши выступления, и им нравиться танцевать под такую музыку. И это уже 40 или около того лет подряд. Я счастлив и благодарен им за это. Это невозможно объяснить словами.
- Давайте послушаем отрывок из «Du Ar min man». Хелен Шохольм поет о жизни в настоящем и смело мечтает о будущем. А вы мечтаете, и если да, то о чем?

Бенни: я не особо мечтаю. Я стараюсь сосредотачиваться на настоящем.
- А у вас есть какие-нибудь советы, как нужно жить настоящим?

Бенни: я не смогу ничего советовать. Мне думается, вы должны делать то, что вам по душе больше всего, что принимается само собой, без усилий. По крайней мере, для меня это так.
- Вы празднуете 10-летие ВАО. Как думаете, сколько еще просуществует ваш коллектив?

Бенни: да, хороший вопрос. День за днем летит незаметно. Я, честно, не знаю ответ. Я буду писать музыку и доводить её до кондиции столько, сколько потребуется, чтобы она стала пригодной для записи. У меня нет готового ответа. Но одно несомненно, мы будем продолжать играть.
- Пусть ваши надежды и чаяния сбываются на многие годы. Кто знает, может, мы встретимся с вами через 10 лет и будем праздновать 20-лети ВАО!
Бенни: как говориться, если будем живы!


27 июля 2011 года Бенни Андерссон вел беседу с Микаэлем Олоффсоном на радио P4 Goteborg. Вот некоторые отрывки.
- Вы помните, когда вы выступали в Гётеборге впервые?

Бенни: вообще-то, не помню. Наверное, это случилось в 1963-64 гг. Я даже не помню, где мы выступали.
- Публика всегда разная на концертах? Вы посетили Ornskoldsvik, Skane (Сконе), Helsingborg и вот Gothenburg, чем отличаются зрители в этих городах?

Бенни: публика, конечно. Отличается от той, что была в 60-х годах. Но та публика, которая приходит на концерты ВАО (Benny Anderssons Orkester) практически одинаковая каждый раз. По крайней мере, три поколения точно.
- Вы собираетесь завтра на концерте играть песни из репертуара АВВА?

Бенни: возможно. Это иногда случается…
- Это выходит импровизацией или вы решаете до того?

Бенни: мы все вместе решаем, какая будет следующая песня. У нас отличный оркестр, они могут и умеют очень многое!
- Англичане проявили к вашему оркестру интерес, вы уже гастролировали там. Собираетесь ли ещё?

Бенни: мы перевели несколько песен на английский пару лет назад, мы сделали такой сборник хитов с ВАО, и однажды выступили в Хэмпстед Хэфе. А сейчас мы ничего подобного не планируем.
- Но ваша музыка очень шведская, каков был отклик на нее у британской публики?

Бенни: вообще-то нет особой разницы, где играем. Мы были в Миннеаполисе, в Глазго. Музыка преодолевает все барьеры. Да, это шведская народная музыка.
-Бенни, есть ли у вас какие-нибудь проекты, за которые вы так пока и не принялись?

Бенни: наверное, да. Необходимо позаботиться о старом материале. Теперь «Кристина из Дювемолы» стартует в Хельсинки в Шведском театре в следующем году, дальше посмотрим. Пока я не готов ответить.


Источник - журнал "ABBA - Intermezzo" № 63. http://abba-intermezzo.de/ehome.htm


Перевод Елена Руденко
Редактор Дмитрий Шипов ( http://vk.com/id3393722 )